Сгореть в огне

Как потом она поворачивается к ним.

— Странно, но ваши персонажи мне нравятся больше, чем вы. Даже Шайса — в Нарсаме он более честный, чем любой из вас здесь, — девушка поморгала, будто прогоняла слезы. — Неважно. Можете уже ничего не говорить, мне без разницы. Наверное, с кем ругались здесь, — она глянула на Джуна, взгляд которого был непроницаем, — с тем ругались и там. С кем ладили здесь, — перевела глаза на Райера, который не отрываясь смотрел на экран, на вдруг ставшего одиноким ассасина, — с тем ладили и там.

Джун дернул щекой.

— Идем, — потянул Райера за локоть. — Лучше бы мы сюда не поднимались.

— Сайя, — Райер задержался.

— Я помню, я обещала. Ни слова никто от меня не услышит. И в игре я не буду вмешиваться во все, что связано с вашим зельем. Это я тоже обещала. Ксантису. Если что-то услышу — сообщу, — она подошла к двери. — Но и вы обещали. Что не расскажете вашей гвардии обо мне. Ждите здесь, я отвлеку охранника.

* * *

— Погано как-то, — подытожил Джун, глядя в замерзшее окно, когда они уже сидели в машине, направляющейся в штаб. Достал свой лэптоп и начал печатать.

— Точно, — добавил Райер, глядя в другое окно. Понемногу оттаивая, иней превращался в капли, которые чертили кривые узоры на стекле, сквозь которые проглядывали улицы, такие же замерзшие, как и все у него внутри. — Почему мы сразу не сказали? Уже столько выложили, а о том, что в одном клане — промолчали.

— Я не знаю, — прошептал Джун и на миг закрыл глаза.

Карсо, как обычно, сидела на краешке стола в кабинете ментора и что-то читала, бездумно крутя между пальцами пряди волос. В форме, будто и не снимала ее никогда. Ментор листал отчеты. Вместе подняли глаза, когда вошли Джун и Райер.

— Спорим, Карсо не наденет платье? — шепнул Райер Джуну. Тот досадливо поморщился, не оценив попытку снять напряжение.

— Карсо, платье наденешь на школьный бал? — уже громче спросил Райер.

— Вот увижу тебя в сюртуке — и сразу надену платье, — съязвила Амира. Райер сделал вид, что задумался. Пытался шутить, его идеальные губы даже сложились в ироничную улыбку, обращенную к Карсо, но его выдавали глаза, посветлевшие до цвета старого льда многолетних ледников. Тревога, сильное волнение, паника — любое из этих состояний способно было выбелить обычно синие радужки.