Санклиты 2-3. Охотница. Ангел-Губитель

Замерев посреди холла, Хан уперся взглядом в автомат с презервативами, словно это был, как минимум, дьявол, сношающий в принудительном порядке всех святых по очереди.

Мне с трудом удалось стереть с лица злорадную усмешку. Юлия сумела поставить его на место даже с того света! Браво!

Из глотки нового директора вырвалось нечленораздельное рычание. Ну, на то он и Шерхан. Резко развернувшись, мужчина ушел.

Мы с Танюшкой обменялись понимающими взглядами.

– Расскажу всем. – Она довольно улыбнулась.

Эх, сарафанное радио! Даже в век интернета работает лучше всего!

– Молодец.

Войдя в актовый зал, уже под завязку забитый людьми, я поймала себя на мысли, что в первый раз его вижу. Почти год тут живу и ни разу сюда не попадала. Потому что Юлии был чужд любой официоз. У нее не имелось необходимости нагнетать страх такими собраниями. Мы любили и уважали ее, зная, что женщина относится к нам также. Все, что она хотела, не надо было требовать, угрожая санкциями.

Пластиковые желтые кресла, больше похожие на стулья для пикника, уже все были заняты, и мы с Таней встали неподалеку от входа, подпирая стену.

Наринэ уже суетилась на сцене, проверяя микрофон, протирая заросшую пылью тумбу, которая идеально подошла бы генсеку, и устанавливая на нее графин с водой и стаканы. Не хватало только портрета Ильича.

Я улыбнулась, глядя на красные кулисы. Интересно, сколько в них пыли накопилось? Вот бы потрясти их хорошенько так, основательно, когда Хан выйдет на сцену! Мне пришлось силой заставить себя отогнать эту шальную мысль.

– Мне-то расскажи, – обиделась Танюшка. – Чего ржешь?

– Позже. Шерхан пришел. – Я напряглась, увидев, как он решительно выходит в центр сцены.

Сейчас раздаст кинжалы и отправит молодежь убивать санклитов. Не удивилась бы.

Гудящий зал стих.

– Давай, жги! – раздалось из самого центра.

Судя по голосу – Антошка, тот самый шут, что имеется в любом коллективе. Безобидный и добрый парень.

Молодежь дружно грохнула смехом.

– Тишина! – покрасневшая Наринэ заметалась между рядами.

– Кто это сказал? – ледяным тоном осведомился Хан. – Покажись, если ты мужчина.

– Я сказал. – Парень, ухмыляясь, вышел в проход.

– Собирай вещи. Через час тебя здесь быть не должно. Или выкину лично.