Санклиты 2-3. Охотница. Ангел-Губитель

– Что ты понимаешь?! Ты – жалкая ошибка! Вот поживешь с мое, познаешь Голод, тогда и поговорим! Думаешь, знаешь, что такое страдание? – мужчина зло рассмеялся. – Я тоже был когда-то наивным пионером без страха и упрека. Это быстро улетучивается, поверь!

Я смотрела на него и не узнавала. Добросердечного человека, живущего работой, спасающего детские жизни, больше не было. Совсем другое существо стояло передо мной – холеный, надменный санклит, ценящий только свое существование.

– Славик! – из груди вырвался стон.

– Дать кровь? Чтобы потом быть зависимым от него? Нет уж, спасибо! Да и платить своей жизнью за чужие – глупо!

– Вам в зеркало смотреть не противно?

– Я погляжу на тебя, когда придет время! Голод сомнет, перемелет и вылепит из тебя все, что ему заблагорассудится! Увидишь! – он вырвался и пошел к выходу, оставив меня дрожать в проходе.

– Саяна? – Алекс положил ладонь на мое плечо.

– Ничего. – Я, как смогла, взяла себя в руки. – Дозвонился?

– Да, можем ехать. – Он встревожено вгляделся в мое лицо. – Или перенесем на другой день?

– Нет, поехали. – Я быстро вышла на улицу. Что угодно, куда угодно, без разницы, с кем, только бы вытравить эту боль!

Квартира оказалась именно такой, как я мечтала – просторная гостиная, которую в хорошую погоду будет заливать солнце, мебель в любимых золотистых тонах, забавный красный диванчик в форме улыбки, мансарда с двуспальной кроватью наверху и с выходом на большую террасу, увитую зеленью.

Я уже представляла, как буду с ногами забираться на широкий подоконник и, закутавшись в плед, пить чай и смотреть в окно. А с террасы меня вообще будет не прогнать!

– Понравилась. – С довольным видом констатировал Алекс.

– Очень! Беру!

– Я для тебя о скидке договорился.

– Спасибо.

– Так пойдешь со мной в кино? – вновь спросил парень, когда мы оформили документы.

– Прямо сейчас?

– А чего тянуть? – он обезоруживающе улыбнулся.

– Лучше завтра вечером.

– Хорошо. Тогда я заеду часов в семь?

– Договорились. – Мне удалось его выпроводить и остаться одной в новой квартире. – Здравствуй, моя хорошая!

Комната отозвалась умиротворяющей тишиной. Ветер шевелил занавески на окне. Сумрак на мягких лапах осторожно крался по паркету.