Санклиты 2-3. Охотница. Ангел-Губитель

– Будь проклят тот день, когда дьявол свел нас! – когда знаешь слабые места, причинить невыносимую боль так легко! – Нужно было выбрать Данилу, а не тебя! Отныне ты не существуешь для меня! И тебе придется смотреть, как я умираю – в мучениях – до последней секунды, зная, что ты повинен во всей этой боли! А потом ты навсегда останешься один! И никогда – ни на этом свете, ни в другом, не дождешься моего прощения!!!

Пошатнувшись, он сел на кровать.

Я подошла к нему и взмолилась срывающимся голосом:

– Отпусти, пожалуйста, Горан.

– Не могу. – Сквозь слезы прошептал он, не поднимая головы.

– Я не возьму ее жизнь, ты же знаешь.

– Тебе придется. Ты будешь бороться до последнего, уверен. И каждое мгновение того ада, в который я тебя отправил, будет снова и снова убивать меня. Но ты это сделаешь. Никто не способен этого выдержать.

– Будь ты проклят! – потрясенно прошептала я, отходя от него.

– Уже проклят, родная.

Секунды медленно складывались в минуты. Время стало таким тягучим, что легко можно было ощутить себя крошечным насекомым, увязшим в капле смолы.

Как не дергайся, все уже кончено. Прилипли лапки, склеились крылья, не вырваться. Медленная равнодушная смерть обтекает со всех сторон, ее не тронут ни мольбы, ни упреки, ни проклятия. Жизнь продолжится и без тебя. А ты останешься немым укором тем, кому наплевать.

Я лихорадочно искала варианты, но он был всего один. Все это время кинжал на перевязи касался моего тела при каждом движении. Других вариантов не имелось.

Я отгоняла эти мысли, с ужасом понимая, что… способна это сделать.

Словно Горан убил ту, прежнюю меня, любящую его без памяти. Где это светлое прекрасное чувство? Умерло? Выжглось ненавистью? Или его любить могла только прежняя Саяна?

– Умоляю тебя, – я вновь подошла к тому, кто был моим воздухом всего несколько часов назад, и рухнула перед ним на колени. – Не поступай так со мной! – слезы, которых уже, казалось, не осталось, вновь потекли по лицу. – Во имя того, что мы пережили хотя бы, Горан! Ведь это все, что осталось! Умоляю! Не надо!

– Я должен.

– Ты не оставляешь мне выбора. – Прошептала я.

Кинжал привычно лег в ладонь. Нанести удар сейчас было бы легко. Он даже не смотрел на меня.

– Не медли. – Санклит поднял глаза, полные боли.

– Горан, пожалуйста…

– Где сердце, ты знаешь. – Мужчина расстегнул рубашку и указал пальцем. – Мне все равно незачем больше жить.

– Умоляю тебя…

– Давай же.

– Не могу. – Рука с кинжалом безвольно упала на колени.