Санклиты 2-3. Охотница. Ангел-Губитель

– Танюшка!

– Ага! – девушка бросилась мне на шею.

– Наконец-то! Знакомьтесь: Татьяна, моя спасительница, Горан, тоже мой спаситель.

– Очень приятно. – Таня с опаской покосилась на него.

– Татьяна, я вечно в долгу перед вами. – Санклит прижал руку к сердцу. – Если чем-то смогу вас отблагодарить, буду счастлив. Все, что пожелаете, хоть личный остров!

– А можно на «ты»?

– Конечно. – Он улыбнулся.

– Подумай насчет острова, Танюшка! – коварно предложила я, увлекая ее на второй этаж.

– Кто б тебя еще отпустил, вредная! – послышалось вслед.

Смеясь, мы зашли в комнату.

– Ревнивый! – оглядевшись, отметила девушка. – Но зачетный мужик. Аж до мурашек!

– Именно так. – Подтвердила я. – Ну, как? Будешь в этой жить или другие посмотрим?

– В этой. – Она села на кровать. – А… все эти люди в доме, они… санклиты?

– Большинство. – Я села рядом и кратко обрисовала ситуацию.

– Шерхан, подонок! – прошипела Таня.

– Закинь удочку ребятам. Может, что-то выяснится. Если что, звони, хорошо?

– Конечно.

– И давай повара пришлю. Расскажи ему, что тебе приготовить.

– Не боишься, что я привыкну к такому сервису?

– Нет, даже надеюсь, что привыкнешь. Все, мне пора. Будь на связи. И еще раз спасибо, солнышко!

Я спустилась вниз и буквально врезалась в Арсения.

– Привет, большеглазая! – санклит, как всегда, демонстрирующий миру свои ноги сквозь дыры на джинсах, расплылся в улыбке.

– Привет. – Мне удалось сохранить спокойствие. – А на ловца и зверь бежит!

– В каком смысле?

– В самом что ни на есть прямом! – я ухватила его под локоть и почти силой втолкнула в ту комнату, в которой звонила Хану.

– Ты так соскучилась? – пытался балагурить Арсений, но по его бегающим глазкам было понятно, что он догадывается о причине моего интереса.

– Да просто минуты считала! – я приперла его к письменному столу.

– Ка… ких?

– Например, как тебе спится, гнида ты этакая? После того, что ты натворил?!

– Саяна, я ничего не делал!

– Может, прежде чем отрицать, узнаешь, в чем обвиняют? – я усмехнулась, стараясь держать себя в руках.

– А… ну да! Так в чем?

Пришлось на мгновение прикрыть глаза, чтобы унять ту боль, что вызвали слова Данилы, которые он прошептал мне на ухо, когда мы уезжали из поместья Охотников.