Санклиты 2-3. Охотница. Ангел-Губитель

Клинок с тремя лезвиями в его руке хищно блестел в отсветах молний. Они оба, и мужчина, и кинжал, жаждали крови.

«Узкий треугольный клинок. Идеален. Удобен, прост, поражает точно и глубоко» – вспомнилось мне.

– Здравствуй, старый враг! – Драган развел руки в стороны. – Пришел за мной? Так попробуй возьми!

Я усмехнулась, вспомнив, как укладывала старика на лопатки. Он даже близко не соперник моему санклиту. Максимум, на что способен Павел – развеселить его.

Так и вышло. Грациозно ускользая от его медленных атак, Горан пару минут «танцевал» вокруг, доводя противника до белого каления.

– Уходи, пока можешь стоять на ногах. – Посоветовал Горан. – Или позже придется уползать.

– Не дождешься! – Павел спружинил в подкате, который я слишком хорошо знала, чтобы дать ему сработать, подхватил кинжал и сделал резкий выпад в мою сторону.

Но клинок, со свистом разрезав воздух, встретил пустоту. Мне даже не пришлось отходить, лишь отклониться назад.

Раздувая ноздри, любимый двинулся на него. Такого он простить не мог.

– Не надо. – Моя рука легла на его грудь, и он привычно накрыл ее горячей ладонью. – Я сама.

– Как скажешь, родная. – Он встал над стариком, лежащим в грязи, страхуя меня.

– Почему в вас столько зла? – прошептала я, присев рядом с ним на корточки. – Зачем вы превратили свою жизнь в ненависть и боль? В мире столько любви и красоты!

– Когда-нибудь поймешь.

– Все может быть.

– Меньше слов. Делай, что хотела. – Прошипел он. – Убей уже!

– Зачем? Вам и так немного осталось. Лучше преподнести урок и дать шанс стать лучше. – Я взяла клинок и тщательно стерла с него грязь.

Один точно выверенный взмах – и на второй щеке Павла появилась рана, которой предстоит превратиться в точно такой же шрам, как тот, что Горан когда-то оставил, проучив его.

– Каждый раз, подходя к зеркалу, вспоминайте мои слова.

– Саяна! – как смертельно раненый зверь прокричал Данила, расталкивая уползающих с поля боя «подранков».

Горан встал между нами, прикрывая меня собой.

– Отойди, – прорычала я. – Он мой!

– Развлекайся, жизнь моя. – Усмехаясь, санклит отступил.

– Ты хотел убить его? – спросила я, уворачиваясь от выпадов Данилы.

– Какая разница? – он атаковал вновь.