Санклиты 2-3. Охотница. Ангел-Губитель

Взгляд моего санклита полоснул болью по сердцу.

– Дай нам минуту. – Попросила я Охотника.

– Нет.

– Одну минуту. Подожди в коридоре. Пожалуйста. – Я дождалась, когда он выйдет, и перевела взгляд на побледневшего санклита. – Горан…

– Иди, жизнь моя, все хорошо. – Он попытался улыбнуться.

– Ухожу только потому, что это больше, чем просто мы с тобой, понимаешь? – обняв его, прошептала я. – Это жизни многих других людей и санклитов.

– Понимаю, родная. – Прижав к себе, откликнулся мой ангел. – Ты… придешь? Когда-нибудь?

– Да.

– Я прикоснулась к его щеке ладонью. – Только не знаю, когда.

– Когда пожелаешь, родная. Я дождусь. Можно тебе звонить?

– Можно. – Так не хочется от него отстраняться! – Но осторожно.

– Спасибо, жизнь моя.

Не знаю, как, но наши губы встретились. Голова закружилась, но уже не от плохого самочувствия, наоборот, за спиной словно выросли сияющие крылья, сделав тело восхитительно невесомым.

– Господи! – Горан со стоном зарылся лицом в мои еще влажные волосы.

– Саяна, я больше всего на свете не хочу, чтобы ты уходила, но если ты сейчас же этого не сделаешь, через минуту просто не смогу разжать руки, честно.

– А как мне мои разжать? – прошептала я.

– Любимая! – простонал он.

– Все, ухожу! – мне пришлось оттолкнуть его, чтобы выбраться из обожаемого стального кольца.

Не глядя на него, я выскользнула за дверь.

– Все хорошо? – подозрительно осведомился Охотник.

Даже близко не хорошо!

– Пойдем.

Всем телом и душой я ощущала взгляд Горана, когда мы выезжали за ворота.

И его боль, которая уже стала нашей общей. Все будет хорошо, нужно только немного подождать.

Уже светало. Вокруг разливался жемчужный свет юного рассвета. Тонкие пряди – предвестники солнечного света – ласкали нежно-голубой небосвод. Душа пела, как разбуженная внезапным счастьем птаха, несмотря на полнейший винегрет чувств.

И хоть Данила увозил меня от Горана все дальше, я никогда еще не была так близка к нему, как сегодня.

И никто никогда не сможет этого изменить!

– А куда мы едем? – спохватилась я через полчаса. – Поместье ведь в другой стороне?

– Сначала нужно добыть тебе алиби. – Данила свернул к невзрачному домику на окраине.

Стоило нам выйти из машины в грязном вонючем дворике, как в вольере забесновалась, захлебываясь лаем, целая стая разномастных собак.

– Любопытно, – пробормотала я, проходя вслед за Охотником к двери, которая даже на вид казалась скрипучей.