Запретная любовь в цветочном магазине

– Детка? – встревоженные глаза Ксавьера внимательно следили за каждым её действием.

Она безвольно рухнула на стул, ощущая, как ноги подкашиваются. Воображение рисовало ужасные картины, и как бы сейчас Луна ни хотела их отогнать, у нее не выходило. Чем больше ты пытаешься о чём-то не думать, тем сильнее оно лезет в голову.

Ксавьер опустился перед ней на корточки, осторожно взяв похолодевшие руки Луны в свои и заглянув ей в глаза. Луна выглядела бледной, напуганной, и внутри Ксавьера всё сжалось от беспокойства.

Что-то случилось, что-то плохое, и он ни на секунду не сомневался, что это связано с Элиасом.

– Мэй. Она у Элиаса или под его наблюдением, – измученно обронила Луна, сжимая в руках смартфон, так что костяшки пальцев побелели от напряжения. Её серые глаза наполнены отчаянием и виной, от которых Ксавьеру становится всё больше не по себе.

Он скривился. А вот и действия Эддингтона. Долго же он собирался, зато удачно, застав их практически врасплох. Луна ни за что и никогда не допустит, чтобы с головы Мэй упал хотя бы волосок, она скорее подставит под удар себя, чем позволит навредить ей.

А он… А Ксавьер был готов на всё ради Луны.

– Нужно позвонить Брэндону и составить план действий, – шумно выдохнул он.

Вампирский выскочка бесил Ксавьера своей излишней манерностью и галстуками на шее, но сейчас фамильяру была нужна его помощь. Луна в смятении, но скоро она отойдёт от шока и захочет сделать какую-нибудь спасительную глупость ради всего мира.

Глава 15

Напряжение в комнате было ощутимым, в воздухе повисла мрачная, гложущая тишина. Брэндон мрачно взирает в окно, деловито сложив руки за спиной. Луна нервно кусает губу, теребя кончиками пальцев край своего любимого оранжевого свитера, выдёргивая из него нитку. Даже Ксавьер сейчас не в силах её успокоить. Она видит, как тот смотрит с затаённой тревогой, а его медовые глаза взволнованно блестят. Теперь нависшая над ними опасность чувствовалась ещё более остро.

В гостиную неспешно, плавно входит Эвелина, неся в руках поднос с фарфоровым чайничком, из носика которого тонкой струйкой выходит пар, на небольшом блюдце горка печений, и шоколадные конфеты на тарелочке.

– Что-то твой хваленый план не сработал, – едко замечает Ксавьер, нарушая воцарившуюся тишину, скользнув беглым взглядом по лицу Эвелины с меткой на лбу. Чёрт. А ведь ещё предстоит разобраться и с её проклятьем.

Молчание его угнетало.