Весь Ад к твоим ногам

Любопытство распирало до такой степени, что я оперлась на стеллаж и открыла книгу.

История зарождения Рая и Ада уходила корнями далеко в прошлое. Как и сказал Сэм, раньше это был единый мир, пока властители не решили поделить на хозяев и рабов. Но стоит отдать должное, на хороший-плохой они делили исправно. Даже богатые отправлялись в Ад, а вот со временем райские сильно задрали нос и ужесточили правила для перехода. Так появилась Матушка-Судьба, которая определяла, куда кому идти. Было два экспресса, которые возили людей в разных направлениях, и не было ни одного случая, когда переходники попадали не туда, куда нужно.

Видимо, книга была старая, раз в Аду уже столько непрошенных попаданцев живет.

Я хотела поставить книгу обратно, резко дернулась, потеряла равновесие, стул стал падать, а я вместе со всей конструкцией полетела вниз. Зажмурилась, представляя как отхожу в мир иной во второй раз, но упала я не на острые ножки стульев, а на теплые, мягкие руки.

– Мне нравится, что моя жена увлекается чтением, но хотелось бы видеть ее за завтраком в целости, а не по частям.

Я открыла глаза на руках у Сэма. Взгляд его был серьезен, он поставил меня на ноги и приоткрыл дверь библиотеки.

– Будущая жена должна завтракать вместе со своим мужем.

– Согласна, – я поправила платье, – у меня есть, что с тобой обсудить. Мой будущий муж.

От последней фразы у него перекосило лицо, но он сдержался, не пришиб меня дверью, не испепелил и даже не дал пинка, хотя всю дорогу до столовой у меня чесалась спина от его взгляда.

Стол для супругов был довольно странный. Завтрак с любимым мужем я представляла себе, как нежные прикосновения плечами, теплота его кружки и две руки, взявшиеся за один пирожок. Тут же стол был такой длины, что передать соль не попросишь, бежать придется прилично. А о задушевной беседе и говорить нечего, голос сорвешь кричать.

– Тебе не нравится? – спросил Сэм, пододвигая мне стул.

– Стол очень длинный.

– И что?

– Если захочу запустить в тебя ложкой, трудно будет попасть, – съязвила я.

Сэм расхохотался.

– Для этого и придумано. Знаешь, как сложно жить с демоницами? У них характер не то, что у вас, праведников.

Смеясь, он ушел на свою половину стола. А меня кольнула иголка ревности. Так, значит? Женится он на мне, а жить хочет с демоницами? Пожалуй, разговор о договоре отложим на потом. Пока не усмирится моя ревность.