Ее звали Элис. Часть 1. «Время летать»

Надо, чтобы Альберт немного забыл наше местонахождение. Иначе, мы все время будем ждать незваных гостей. Ты же не хочешь этого? Станем костер ночью поддерживать по очереди. Ты ведь видела в прошлый раз, волки за лошадью шли, а к огню не подойдут. Сейчас я пойду отдыхать, а в полночь ты меня разбудишь. Пойдем, наберем сушняка по-больше, пока еще что-то видно». « Но ты можешь мне и посветить, я вижу у тебя пальцы горят» - засмеялась она. Набрав несколько охапок хвороста, девушки подошли к костру, который еле теплился, и опять его оживили.

- Давайте я сейчас посижу, а вы меня потом смените.

-Нет, милая, тебе завтра утром придется улететь, тебе нужна концентрация, а не поспав, будешь плохо ориентироваться. Метлу то не забыла?

- А вы?

– А я буду ждать Филиппа, и там как Бог даст.

Наступило утро. Тихое, птичье, цветочное … Бэлла подошла к Элис и тронула ее за плечо. Элис открыла глаза , увидела Хозяйку в белом платье , в утреннем свете, прозрачные ветви березы и где-то в вышине темно-зеленые ветки сосны с шишками.

- Вставай, они скоро будут здесь. Улетай сейчас, перекусишь уже в нашем доме. Что бы ни случилось, помни, ты мне как младшая сестра, и я очень привязана к тебе. Еще хочу тебе сказать, что так случилось – я полюбила Филиппа, а ведь еще недавно я и подумать об этом не могла. Мы меняем мужчин, а мужчины меняют нас. Сегодня я буду ждать его, и, если сложатся звезды углом, умру вместе с ним. Кто знает, что сегодня произойдет, но ты в любом случае можешь остаться в нашем доме и пользоваться всем, что там есть, а также и наследством Марии.

- А как же Бора, Джоб, они тоже вместе с вами собрались умирать? Никуда я не полечу, без вас всех мне все равно не выжить в этом лесу , а вот слетать, посмотреть где кавалькада, я могу.

Элис подбежала к тележке, вытащила метлу, и, пролетая мимо Бэллы, крикнула: «Ждите, сейчас все узнаем». Бэлла с грустью посмотрела ей в след.

- Пойдем, Джоб, все же отведу тебя подальше в лес, а ты, Бора, будешь охранять его.

Лизе опять снился тревожный сон. Тревога, тревога, и невозможность проснуться. Она металась по кровати, рывком села. Дрожащими руками провела по лицу, еле встала, выпила воды. Часы показывали шесть. Больше она не уснула, не смотря на воскресенье.

Кавалькада, на гнедых лошадях, одна к одному, с богато украшенной сбруей и всадниками в парадной одежде сопровождала карету, украшенную гербом Норбурга.