5. Служить и защищаться

– Ну и ладно, – потихоньку сказал Руфус, который побаивался, что сбежавший стрелок вздумает пальнуть и в них, – пусть идут для солидности, будто бы это наше подкрепление.

Лонваль кивнул, подумав, что это не подкрепление, а няньки для неразумных юнцов, но, вспомнив о неведомом лучнике, согласился.

Ингерам, который всё видел и слышал, сумел-таки уложить в голове факты, но промолчал. Он отлично понимал, что с этой ненормальной женщиной, с этой странной службой, с этими безумными дроу любое лишнее слово может стоить жизни.

– Ингерам, позови Келе, – негромко сказала Элина и тут же с ехидной усмешкой добавила, – если он ещё жив, конечно.

Келе был очень даже жив и – о чудо! – слегка рассержен. Элина попросила его отдать её форму в починку и чистку.

– А то уже второй раз одежду кровью уделываю.

Келе вежливо склонил голову, забрал рубашку и мундир и исчез за дверью. Там к нему присоединился Ингерам. Бывшему лейтенанту не хотелось участвовать в махинациях Элины и Лоркана, он боялся, что выдаст себя неосторожным словом или даже выражением лица.

Вот теперь бы поспать, хотя бы немножечко, но нет, в дверях снова показался Рэйшен, злой и взъерошенный.

– Зачем ты освободила раба? Думаешь, это ему на пользу? Такие, как он растут в рабстве, этого из него ничем не выбьешь…

Элина устало закрыла глаза, и Рэйшен тут же умолк.

– Рэйшен, я не собираюсь из него ничего выбивать. Пусть пока привыкнет к положению свободного дроу, а потом, может, удастся его сплавить куда-нибудь.

– А что будет вечером? – подозрительно спросил Рэйшен.

– Допрос того урода, что Дэвлин поймал. Что-то в этом мужике меня тревожит, а что – не знаю…

– Ты с ним знакома? Может, виделась в Примежье? Или в Жадвиле? Он не из кондотты Квэддо?

Нет, эти несносные друзья и подчинённые даже умереть спокойно не дадут, не то что поспать.

– Он точно не из Примежья, там таких не водилось.

– Ну, имея таких знакомых, как Сныст, на что только не насмотришься, – проворчал Рэйшен, заботливо поправляя одеяло. – Одна охрана у него чего стóит. Сами здоровенные, кулаки с пивную кружку. Рана твоя не кровит? Тогда и впрямь до вечера должно затянуться.

Сныст… Охрана… Глаза у Элины слипались, и уже почти засыпая, она вспомнила мальчика Натана из замка.