5. Служить и защищаться

Она даже не особо смотрела под ноги и не оглядывалась по сторонам. Если бы дроу клана Эльгиниррок устроили здесь засаду, Элину бы сцапали первой. Но местные небеса, видимо, послали ей долю везения: никакой засады не было, а каменный коридор почти не ветвился. По крайней мере, в те дыры, которые время от времени появлялись в стенах, пролезла бы крупная кошка, но никак не здоровенный мужик типа Рэйшена. Элина и не заметила, когда именно коридор расширился, стены стали глаже, а камни под ногами почти перестали попадаться.

– Стой, стой же! – прошипел Лоркан за Элининой спиной и бесцеремонно схватил её за ворот мундира. – Давай оглядимся.

Руфус трусливо съёжился. Он бы вообще сюда не приходил, будь его воля. Этот камень сверху, снизу и по бокам давил и угнетал. Ингераму тоже было не по себе, и он счёл за лучшее погасить фонари. Действительно, впереди виднелись отблески света, наверное, местные дроу позаботились об освещении своих территорий. Лоркан и Ингерам крадучись прошли вперёд. Элина физически ощущала, как дрожит Руфус.

– Ты была права, – с лёгким удивлением прошептал Элине Лоркан, – Рэйшен здесь был…

–И его здесь ждали, – хмуро закончил Ингерам, держа двумя пальцами какую-то светлую полоску. – Там кровь на камнях…

Камни, кровь и … Прядь волос Рэйшена! В голове у Элины что-то щёлкнуло, и все факты сложились в безрадостную картину: Рэйшена, словно мальчишку, заманили сюда, набросились исподтишка, оглушили и уволокли.

– Надеюсь, они нас не ждут, – пробормотал Руфус.

– Людей они вообще в расчёт не принимают, – криво усмехнувшись, "обнадёжил" его Ингерам.

Элина верила: бывший лейтенант Лесной стражи знает, о чём говорит. Не так давно он сговаривался с этим кланом, чтобы отомстить ей, Элине, а заодно и Рэйшена в рабство отправить, такова уж плата за услуги дроу.

– Тогда вперёд! А то всю ночь тут простоим, – буркнула Элина.

– Фонари можем здесь оставить, – посоветовал Лоркан. – Возле камня, на котором кровь. Впереди уже светло.

Руфус скривился, оставляя фонарь, но возражать не посмел. Светло им, понимаешь ли! Кроты они все, что ли? И вообще, эта Элина, небось, ни за кем из них не помчалась бы, как за любовником своим. Не верил в это Руфус, всех мерил отцовской меркой, жадвильской.