Останься в Вейзене

Наверное, вдвоем мы создавали нечто вроде баланса — наложи друг на друга наши лица, получишь идеальное равнодушие, гладкое, как металлическое лезвие.

Он не стал меня переубеждать. Вместо этого сказал:

— Я сейчас отправлюсь в непосредственно Вейзен, работа… Увы, одним преподаванием не наешься. Не желаешь составить мне компанию? Покажу парочку интересных мест. Пора тебе взяться за изучение этого мира, раз уж ты оказались его невольницей, — Гетбер усмехнулся.

Я произнесла ему в укор:

— Вот вы смеётесь… Но ведь, если вы в самом деле сказали правду, то поводом для ваших шуток служит моя смерть.

Не думаю, что это красиво.

Его улыбка сменила тон. Появилась в ней некая горечь — горечь вкупе с насмешливостью.

— Как пожелаешь. Ну, я пошёл.

Он резко развернулся и сделал несколько шагов в направлении той дорожки, по которой мы шли только что. Я окликнула его вопросом — ещё одним, который возник в голове несмотря на мою собственную уверенность в том, что я больше ничего не стану у него спрашивать:

— Кто вы?

Гетбер посмотрел на меня через левое плечо:

— Тот, о ком не будет написано легенд и исполнено песен.

До встречи, Варя.

Я осталась стоять. Когда за Гетбером захлопнулась дверь, я поняла, что он забыл забрать у меня плащ. Но не стала догонять. Оставила несчастный лежать на лавке, ставшей свидетельницей наших откровенных бесед.

Чужого мне не нужно.

Ни плаща, ни мира.

Глава 3. О масках и талантах / часть 1

Лаборатория все-таки обнаружилась. Она чем-то неуловимым напомнила лаборатории, в которых мне самой удалось поработать (а было таковых аж трое).

Те же широкие столешницы, ящики под ними и полки — над. Множество реагентов с пожелтевшими от времени этикетками. Есть даже что-то вроде приборов, правда, прежде чем ими пользоваться, надо сначала понять их функции. На отдельном столике, возле крохотного оконца, световой микроскоп старинной модели. Я немного покрутила винтики, но так и не смогла его настроить. Нужно будет заняться этим позднее, в солнечный день.

Размах, само собой, куда скромнее, чем в современных научно-исследовательских институтах. По сути, это лаборатория — каморка, нечто вроде подсобного помещения в самом конце коридора, которое расчистили от одного хлама и завалили другим. Принесли всё более-менее интересное и по теме из того, что удалось найти, как шепнула по секрету Ирмалинда. Правда, произошло это ещё в прошлом году, так что и более-менее приличное уже успело запылиться.