Падшие небеса

Запах мехи я узнаю из тысячи. Дурман-трава произрастающая на Южном материке, лекарство от боли, а некоторым от забот.

– Ждете, – распорядился Айрдгал, легко спрыгивая с лошади и бросая поводья тану Фенду.

– Чего вам в лагере не сиделось? – проворчал Гарбхан, с завистью смотря в след Наместнику.

– Спроси у всезнающего эля, – усмехнулась я.

Гар Фенд ничего не ответил, но громко засопел, выражая все чувства, которые у него накопились. Я же отстранилась от беседы, жадно смотря на дверь, из которой должна выйти моя семья.

– Что-то они долго? – обеспокоено проговорила девчонка.

– Умолкни, – одернул ее Гарбхан. – Сейчас выйдут.

Гном хотел показать, что не о чем волноваться, но я-то заметила, как он стал проверять снаряжение. Правая рука воина оказалась на рукояти кинжала на поясе и сжала так, что побелели костяшки пальцев. Вот и все хваленое хладнокровие рыжебородого.

– Чувствуете? – я поняла, что меня беспокоило.

– Да, нет, ничем не пахнет, – пожала плечами Эдара.

– Кровь. Я ни с чем не спутаю ее. Ведь так, Гарбхан? – я впилась взглядом в гнома.

– Тебе показалось, – проворчал он.

– Раз так, – не согласилась я, – почему твое сердце забилось сильнее? Да и руку с кинжала убери, бесстрашный тан.

Гарбхан промолчал, не видя смысла отрицать правду. Будучи целителям я чувствовала окружающих меня существ, и гном сильно волновался.

– Да, где он?! – нетерпеливо воскликнул Фенд, тоже слезая с коня. Я повторила его действия, Эдара вслед за мной.

– Не думаю, что он опасен, – поделилась я с ним.

– С чего вдруг такая фантазия? – не поверил мне гном.

– Меха ослабляет тело, заставляя разум парить в мире грез.

– Зачем слезли! – заметил он наше самоуправство. – Быстро в седло! – приказал Гарбхан.

– Заставь, – отчеканила я, потом, чтобы смягчить ответ, сказала: – Все равно нужно размять ноги, да и внутрь здания я заходить не стану.

Просьбу Айрдгала мне ничего не стоило исполнить.

– Яра, ты куда? – растерялась девчонка.

– Ноги затекли, нужно немного походить, – скрип снега под сапожками Эдары дал понять, что одной мне прогуляться не дадут.

– Стой, – это уже от Гарбхана.

– Либо ты с нами, либо нет, – произнесла я, даже не обернувшись.