Холодный разум

Я уже почти отворачиваюсь и ухожу, чтобы совершить еще один очень спорный поступок в своей жизни, когда воздух над столом начинает дрожать и на вытянутые руки Блэкфлая откуда-то нахально вываливается Пушистенька. Плюхается набок, вытягивает лапы и с очень странным, некромяуканьем переворачивается на спину, подставляя свое впалое в клоках шерсти пузо для ласки. Блэкфлай переводит взгляд на кота, и тьма медленно отступает, вернув человеческие глаза того, кого я знала и когда-то давно любила.

Мрак вытаскивает из-под кота руку, на которой уже нет черных вен, и треплет некрокота за ухом, а Пушистенька хватает мужчину за запястье когтистыми лапами и впивается в кисть зубами.

Не серьезно, а так играючи, как любят делать коты. Сейчас Пушистенька кажется потрепанным жизнью, но почти живым. Таким родным, каким я запомнила его, когда уезжала отсюда. Они похожи — этот мужчина, в душе которого живет тьма, и кот, который когда-то принадлежал мне. И я не могу предать их снова.

Может быть, сдать Блэкфлая и правильно, только я не готова брать на душу этот грех.

Но и другой, пожалуй, тоже, а значит, сделаю то, чего делаю всегда в непонятной ситуации – уйду, только сначала выложу на стол все карты. В этот раз я не собираюсь бежать и прятаться. Игра закончена, и победил в ней не он.

Я решительно толкаю дверь в кабинет Блэкфлая, спугнув Пушистеньку. Кот подпрыгивает на столе, прижимает уши и, скинув на пол бумаги, куда-то сбегает, растворившись серым вонючим дымом у стены.

— Чем обязан? – недовольно интересуется Блэкфлай, и с его лица исчезает то мягкое выражение, которое присутствовало, когда он играл с Пушистенькой.

Я без слов кидаю на стол папку и жду, пока магистр изучит содержимое. Я вижу, как меняется его лицо.

— Не знаю, зачем ты это сделал, — начинаю я. — Не знаю, о чем ты думаешь, когда подвергаешь опасности детей, которые заглядывают тебе в рот, и не хочу в это вникать. Скажу честно, мне передали эту папку, чтобы я могла обеспечить себе свободу, закопав тебя, но… — Я сглатываю.

– Я не буду этого делать.

— И почему же? – холодно спрашивает он, внимательно разглядывая мое лицо. Так, словно видит меня впервые. — Твой вампир хорошо поработал.

— Я не могу. И не хочу тебя предавать опять, считай это…— Я киваю на папку. — Моим извинением за побег семь лет назад и неотработанные годы. Хочешь, обсудим процент с выручки моего агентства, но больше я ничего тебе не должна. И не собираюсь развлекать своим присутствием в замке его скучающих обитателей.