Тардрагон. Созданные смертью

Я не удержалась, заскользив назад, и не знала, что делать – продолжать удерживать полотенце у тела, чтобы окончательно не опозориться, или всё-таки попытаться за что-нибудь ухватиться. Но Марк спас ситуацию, если так можно было сказать, конечно. Он схватил меня за руку, желая удержать на земле, но не рассчитал силы и, оказавшись на покатом участке, заскользил вместе со мной. И мы вдвоём очутились в озере.

Холодная вода пронзила тело, словно в него впились тысячи маленьких иголочек. А я так надеялась, что на сегодня закончилось купание, но нет – теперь ещё и полотенце стало мокрым.

- О боги, - зашипела я, стуча зубами, - когда уже этот вечер закончится?

Хелена засмеялась, плавая в паре метров от нас.

- Несколько минут назад Пенелопа точно также же упала вместе со мной, - весёлым голосом отозвалась подруга. – А вода уже не такая холодная, как кажется на первый взгляд.

Но девушка тут же замолчала, наткнувшись на мой рассерженный взгляд, прекрасно заметный в свете полной луны.

- Не замечал за тобой неуклюжести, - усмехнулся Марк, подплывая к берегу и выбираясь из воды. – Может, помочь? – он протянул руку, но я оказалась хитрей и, ухватившись за неё, дёрнула его вниз. Капитан плюхнулся обратно в воду, окунувшись с головой.

- Колман, сделай милость – утони!

В это время, воспользовавшись моментом, я выскочила из воды и кинулась к сумке Хелены.

- Я воспользуюсь твоим полотенцем. – Без спроса открыла сумку и вытащила оттуда полотенце подруги, оборачивая им тело.

- А как же я? – возмутилась Хелена.

- Заберёшь у Марка, он хорошо справляется без него, второй раз купаясь в одежде.

Колман смерил меня недовольным взглядом, но я жестом приказала ему отвернуться, а Хелене – следить за ним. А сама в это время вытерла тело полотенцем и, бросив его в сумку подруги, потянулась к своей сумке за вещами. Сначала надела нижние одежды, потом рубашку и штаны от военной формы. Осталось высушить волосы у костра, и вечер вновь приобретет привычный ритм.

***

Оставшийся путь мы прошли без приключений, купаться, особенно с головой, больше не пришлось, лишь умывали лицо и руки, когда удавалось остановиться на привал, чтобы покормить уставших лошадей и перекусить самим. В ближайшей к Утёсу деревне оказались спустя полторы недели со дня выезда из дворца. Здесь было на удивление тихо: не бегала ребятня, не шумели в поле рабочие, не горел в окнах свет.