Ванилька

Я просто не могла больше на него смотреть, а быть может, причиной стала та жаркая, удушающая волна, что прокатилась по телу, по коже, захватывая каждую клеточку и устремляясь куда-то в затылок.

За собственным пульсом я не слышала абсолютно ничего. Мои губы то терзали, то ласкали. С трудом дышала. Просто забывала дышать, не понимая, где нахожусь. И выгнулась дугой в его объятиях, следуя за его ладонью, я тоже непроизвольно. Я просто себя не контролировала, но смогла зацепиться за хвост ускользающей мысли.

Он меня обманул, притворившись бездыханным. Это-то и отрезвило. Понимание того, чьи губы сейчас так жадно, так нетерпеливо покрывают поцелуями мое лицо.

В один миг я его оттолкнула, хотя и ждала, что сдвинуть с места эту скалу будет проблематично. Не думая ни секунды, еще не до конца осознавая, что делаю, я влепила РиАнту звонкую, хлесткую пощечину. Этот звук пронесся под потолком и отразился от стен, но я уже вскочила на ноги.

Поднялся и он.

В его глазах играло серебро, прямо говоря о том, что этот сверхчеловек в ярости, но я не отступила.

– Ненавижу! – процедила я, глядя ему прямо в глаза.

Мой голос срывался до страшного шепота. Слезы стояли в глазах, словно стекло.

– Знаю. Но ты меня полюбишь, моя ванильная прелесть. Придет день, когда ты не сможешь без меня дышать, — произнес имсит, источая непробиваемые волны самоуверенности. — Полюбишь, — повторил он, склоняясь ко мне, к моим губам.

В бассейн я его столкнула без лишних раздумий.

Наверное, я просто дошла до точки. До точки невозврата, до обрыва, с которого только прыгать. Я…

Я совсем не ожидала услышать нечто подобное, учитывая причины, по которым здесь оказалась. Я ждала чего угодно: пыток, тюремной камеры, издевательств, – но не этого.

– Малика… – раздалось за моей спиной, едва я выскочила обратно в спальню.

– Полюбить? – обернулась я. Меня трясло, но теперь трясло от самой настоящей ярости. – Что ты знаешь о любви, чудовище?

Схватив с прикроватного столика графин, я швырнула им в мужчину, но промахнулась. Тарелка полетела вместе с крышкой, за ними последовали бокал, стакан и второй графин с соком.

– Малика, я совсем не то…

Подушки! Они тоже стали орудием боя. Я швыряла все, что только попадалось мне под руку. Меня не остановил даже звонок чужого ифона.