Темный маг и отворотное зелье

Тайком, когда бабушка уходила на рынок или к соседкам, садилась перед зеркалом в неудобное скользкое кресло и представляла себя купчихой Красильниковой – молодой, прекрасной и несчастной.

Все это так живо вспомнилось сейчас, когда я раздевалась, поглядывая искоса на свои отражения. Зеркало было, что называется, friendly – дружелюбное. Едва заметного нежно-розоватого оттенка, оно смягчало тона, делая кожу гладкой и молодой. И что самое удивительное – года не испортили его. Обычно амальгама со временем начинает шелушиться и осыпаться, но только не у этого.

Натянув огромную бабушкину ночнушку – теплую, фланелевую, - я выключила свет и нырнула под одеяло. Сон пришел тут же, более чем странный.

Мне снилось, что я… не сплю. Лежу в постели в бабушкиной рубашке и никак не могу уснуть. Встаю, включаю свет и сажусь перед зеркалом. Только это не я, а купчиха Красильникова. Имени ее я не знала, но почему-то звала Ниной. И вот я-Нина смотрю в бесконечный коридор отражений и вдруг вижу там мужчину. Очень-очень далеко, смутным силуэтом.

Знаю только, что он смотрит на меня и зовет к себе. Хотя не вижу лица и не слышу голоса. Невольно наклоняюсь к мерцающей глади, все ниже и ниже…

Вздрогнув, я проснулась. В постели, под одеялом. Яркое солнце заглядывало в окно, и в его лучах искрами поблескивали пылинки.

Приснится же такое!

Доев на завтрак холодную пиццу, я сделала себе еще одну пометку: зайти в магазин и купить продуктов. В кухонных шкафах был небольшой запас чая, сахара и круп, но все остальное мы с мамой после похорон выбросили.

День выдался ясным и теплым, а все проблемы решились легко и быстро. Прогулявшись по знакомым улицам, я спустилась к Волге, побродила у воды, любуясь просторами. Вечером приготовила ужин, посмотрела по телевизору комедию и легла спать.

На этот раз сон действительно где-то заблудился. Я крутилась с боку на бок, переворачивала подушку холодной стороной вверх, пыталась считать овец и планировать кругосветное путешествие – ничего не помогало. Что заставило меня встать, включить свет и подойти к зеркалу? Кто бы знал…

3.

Очнулась я от прикосновения к руке. Кто-то держал меня за запястье, там, где считают пульс. Веки никак не желали подниматься, будто весили по тонне. Голова раскалывалась от боли, в груди давило, все тело кололи сотни ледяных игл. Мужской голос сказал несколько слов, и я все же открыла глаза.

Потолок надо мной был такой же – ребристо-сводчатый, но комната явно другая. Даже не комната, а большой зал.