Притворись моей кицунэ

— Мама!

— Эта лисица заморочила тебе голову! А теперь решила принести в подоле лисят во дворец! Я не позволю коварным демонам захватить власть. Как бы она не оправдывалась, ты должен следовать закону. Лисица должна быть казнена. — госпожа Кадзуё с глубокой неприязнью смотрела на сидящую на полу наложницу.

— Разве я сообщал тебе, что нуждаюсь в твоем мнение по этому вопросу? — холодным голосом спросил Акихико.

— Следить за порядком в гареме мой долг, а это…

— Мне кажется, ты плохо справляешься со своим долгом, — перебил мать император, — мне известно, что мою фаворитку уже несколько раз пытались убить.

— Ты обвиняешь меня? — с вызовом спросила женщина.

— Пока лишь в твоем халатном отношении. — намек на угрозу прозвучал в голосе мужчины.

— Вот значит как? Ты веришь демонице больше, чем своей матери? После этого ты еще будешь утверждать, что лисица не околдовала тебя?

— Этот разговор позорит и тебя и меня. Я больше не желаю слышать подобные нравоучения и запрещаю тебе рассказывать кому-либо о том, что с Хитоми произошло ночью.

Это мой приказ.

Императрица посмотрела на разозленного до предела сына и, с выражением глубокого оскорбления на лице, развернулась и покинула чайный домик. Повисла давящая тишина.

— Чинхо, оставь нас, — наконец, произнес император.

Самурай поклонился и вышел, а Лина боялась даже посмотреть на тэнно после всего случившегося.

— Ты хотела сбежать? Я чем-то напугал или обидел тебя в нашу встречу?

— Нет, мой господин. У меня не было таких помыслов.

— Тогда что произошло?

— Я помню, как была расстроена, что снова разочаровала вас. Я взывала к своей демонической сущности, просила ее отозваться, дать мне нужные навыки и знания. Потом, кажется, что-то напугало меня, я не могу сказать точно, воспоминания очень обрывочны. Затем я видела, как куда-то бегу по подземному лазу. Мне страшно, сердце колотиться как сумасшедшее, а нос забивает тяжелый запах земли. Мне кажется, что перед моими глазами мелькают лисьи лапы.

Затем я выбралась из-под земли и меня поразил новый запах опавших листьев и ночной свежести. Луна была такой яркой, я видела все как днем, четко и ясно, а звуки! Они были такими громкими, различные шорохи, взмахи крыльев ночных птиц, далекий стрекот цикады… Мою душу наполнило чувство свободы и радости, хотелось бежать и бежать… Я не знаю, что было сном, а что явью. Но, когда я открыла глаза в следующий раз, передо мной было встревоженное лицо Чинхо-сана.