Притворись моей кицунэ

Лине хотелось тушеного мяса с картошкой, и мягкого свежего хлеба, но подобной еды в этой диковинной стране не было. Без особого аппетита поковырявшись в плошке с рисом, девушка переключила свое внимание на крошечную пиалу с теплым саке. Всего пол глотка - едва ли, это поможет ей успокоиться, подумала она со вздохом возвращая пустую пиалу на поднос.

Время тянулось ужасно медленно, девушка разглядывала убранство своего нового жилища: деревянный пол застилали аккуратные квадратные циновки, сплетенные из камыша, в одном углу располагалась кровать — помост с резными бортиками, застеленный матрасом, привычную подушку заменял валик, все это было завешено тонким шелковым балдахином красного цвета; посередине у задней стены находился низкий стол, а в углу красивая ширма, с изображением летящих журавлей, возле которой стоял лакированный шкаф.

Ей стало неуютно, что это было: простое любопытство или дурное намерение? Как отнесутся к ней девушки из гарема? Наверняка, многие возлагают свои надежды на благосклонность императора, что будет, если она случайно перейдет кому-то дорогу? Лина снова поспешила спрятаться в своем домике. Как же ей сейчас хотелось оказаться дома, с сестрами!

[1] Сёдзи - перегородка или дверь в жилище.

[2] Тэнно - император по японски.

Глава 4

Когда снова пришла Иоши, Лина спала, сидя на полу и облокотившись на кровать, ложиться она побоялась, ведь тогда окончательно помнется прическа.

— Госпожа, вставайте, ох, вы же теперь так неприглядно выглядите! Щека красная, прядь волос выскользнула, а кимоно? Какой кошмар, как вы пойдете в таком виде к императору? — бросилась причитать наставница.

— Может быть вы скажете, что я не совсем оправилась? — с надеждой спросила девушка.

— Невозможно. Господин ждет вас, поднимайтесь быстрее, нужно привести вас в порядок.

На самом деле все было не так страшно, напрасно Иоши переживала, уже через пять минут женщины шли по ночному саду в сторону покоев императора.

Соловьиные полы[1] заскрипели от легких женских шагов, Акихико выжидательно улыбнулся — наконец-то, лисица здесь.