Принцесса для интроверта

Разумеется, ваши труды будут щедро вознаграждены, если экипаж без проблем прибудет в место назначения, – размеренно произнёс король.

- Поклонись в знак благодарности, дурень! – нервно прошептал мужчина, который был ближе всех к Бену.

Парень быстро глянул на мужчин, благодарно поклонившихся после слов короля, и последовал их примеру.

- Вот ты, - указал Илларион третий на Бена, - да-да, ты, в странном одеянии.… Как твоё имя?

- Бен… Бенджамин. – ответил парень.

- Ваше Величество! – вновь еле слышно прошипел рядом стоящий мужчина.

- Бенджамин, Ваше Величество, – исправился парень.

- Какое интересное имя… Бенджамин – медленно повторил король, будто пробуя имя на вкус. – Ты будешь возглавлять ваш отряд, и подчиняться самому начальнику охраны, тебе всё ясно?

- Да, Ваше превосходительство, – произнёс Бен, слегка запинаясь.

Мужчина, что стоял рядом недовольно закатил глаза и крепко сжал челюсть, еле сдерживаясь, чтобы не отвесить парню подзатыльник.

- Превосходительство? – удивился король.

- Простите, Ваше Величество, оговорился. Неважно себя чувствую – сказал Бен, понимая, что лучше признать свою вину, чем что-то объяснять этим странным людям.

Ему и другим членам отряда выделили по простенькой маленькой комнатке в небольшой пристройке, находящейся рядом с дворцом. В комнате была узкая деревянная кровать, небольшой столик-тумба, на котором можно было поесть, а внутрь на полку сложить кое-какие личные вещи. Но так как у Бена таковых вещей не имелось, полка пустовала.

Туалет был общим и располагался на улице, примерно в двадцати шагах от пристройки.

Еду из дворца приносили служанки в больших металлических ведрах. В одно и то же время они приходили на лужайку возле постройки и звенели колокольчиком, приглашая мужчин забрать свою порцию ароматной еды.

К поездке готовились около двух недель.

Бену выдали комплект одежды, состоящий из темно-коричневых шароваров, белой хлопковой рубахи и тёмно-коричневого кафтана, на случай, если ночи будут прохладными. Бену одежда не понравилась, но деваться было некуда, и он переоделся из своей любимой клетчатой рубашки и синих потертых временем джинсов.