Не овладеешь ветром

Про себя она постановила, что добровольно из каюты не выйдет, и ничьего общества искать не будет.

На утро третьего дня Кьерин, наконец, заявился к ней самолично. Она настолько отвыкла прислушиваться к шагам, что чуть не прозевала его появление, и лишь в последний момент успела принять свою деревянную безразличную позу.

Села она не слишком удачно; застывшего в дверях Кьерина ей теперь приходилось рассматривать боковым зрением, и ей было не совсем понятно, как расшифровать его хмурое выражение лица. Краем глаза ей казалось, что он ужасно, ужасно зол.

«Вот тебе!» – торжествующе подумала она, довольная, что её не удалось провести.

Спустя пять минут – если Кьерин и надеялся, что, устав от одиночества, она радостно бросится ему на шею, то его поджидало разочарование, – он, наконец, заговорил первым:

– Иди сюда.

Голос его звучал устало и безвыразительно, как если бы все эти три дня он работал, не покладая рук.

Послушно встав, она подошла к нему, пытаясь из-под ресниц оценить, чем ей грозит его очередное появление – она, признаться, и от прошлого визита ещё не отошла, и предпочла бы, чтобы он продолжил свои игры с её одиночеством. В одиночестве она, по крайней мере, была в безопасности.

Он ещё с минуту разглядывал её вплотную, но она побоялась поднять взгляд, поэтому не смогла расшифровать выражение. Однако с её позиций ей было прекрасно видно, как он судорожно вцепился пальцами правой руки в отворот своего кафтана.

– Пойдём, – наконец, лаконично велел он, развернулся и вышел.

Она отправилась за ним. Происходящее всё меньше ей нравилось.

Выйдя на верхнюю палубу, она чуть не вскрикнула от удивления, обнаружив, что их корабль дрейфует на входе в какой-то порт.

«Но мы ведь не могли успеть добраться до Ньона?!» – в ужасе подумала она, лихорадочно пересчитывая предполагаемые маршруты и расстояния.

Князь, меж тем, и не подумал размениваться на объяснения, а вместо того велел ей спускаться в шлюпку. Невозмутимо проигнорировав его протянутую ей в помощь руку – приказа хвататься-то не было! – она справилась со спуском сама.

Он мрачно поглядывал на неё всю дорогу до берега; она упрямо молчала.