Не овладеешь ветром

Не дождавшись никакой реакции, Дрангол вздохнул и уточнил:

– Я тоже у тебя в немилости?

Она всерьёз задумалась, как стоит себя вести. Она определила как правило отвечать Кьерину только на прямые вопросы, но стоит ли распространять это правило и на остальных?

«Дудки! – решила она. – Я принадлежу этому рыжему индюку, так что всех остальных могу смело игнорировать!»

Дрангол тихонько вздохнул и сел с нею рядом. На койку.

Нари напряглась: «Интересно, послушной наложнице стоило бы теперь отойти?»

Она, право, сомневалась в своей роли.

Приставать визитёр не торопился, или не собирался вовсе.

– Нари, – наконец, начал он новую порцию уговоров, – Эрмин привык всего достигать упорством и силой. Он совсем не умеет выстраивать отношения с женщинами, поэтому делает совершенно идиотские ошибки. Будь к нему снисходительна, прошу тебя.

«О каком выстраивании отношений ты говоришь, идиот? – мысленно возразила Нари.

За этим негодованием она чуточку упустила контроль над лицом, и оно из нейтрального стало упрямым. Дрангол заметил эту перемену и грустно усмехнулся.

– Он тебя не удержит, так? – констатировал очевидное он.

В его голосе слышалось слишком много горечи.

Она невольно вышла из образа и бросила на него взгляд, полный негодования и укора: мол, как вроде бы умный человек может оправдывать происходящий бедлам?

Он развёл руками.

– Я хочу видеть своего друга счастливым, – объяснил свою позицию он и серьёзным, глубоким тоном спросил: – Нари, на каких условиях ты была бы готова дать ему шанс?

Её охватило негодование: за то, что он готов слепо поддерживать друга в тех ситуациях, где тот очевидно не прав, за то, что он смеет защищать Кьерина, за то, что он, в отличие от Кьерина, понимает, что она не вещь, но ничего не делает для того, чтобы это понял сам Кьерин, и, напротив, ищет способа помочь ему в его притязаниях.

Она гневно вскочила, пронзила Дрангола презрительным и обличающим взглядом и ответила:

– Вещи не ставят условий своим хозяевам.

Ядом в её голосе можно было отравить весь корабль.

Вопреки её ожиданиям, он не рассердился и не огорчился. Напротив, он выглядел как человек, который получил тот ответ, которого и ожидал.

– Я тебя услышал, Нари, – спокойно кивнул он и вышел.