Противоположные начала

— Что с Устиньей? — Ягла подошла к Беломиру и проговорила как можно тише, бросая нечастые взгляды на удаляющихся Купаву с Василисой. — Ничего не осталось да?

— Это хорошо, что не осталось. Хоть и схоронить нечего, зато малец не видал того, от чего бы ума лишился враз, — Данила вздохнул и кивнул на убитого медведя. — Надо бы с ним разобраться, Беломир.

— Ступай, Ягла домой. Сладим дело тут, да на ужин придём. Тебе уж козу доить пора, а сена я нанесу, не беспокойся. — Беломир ласково глянул на девушку, улыбнулся одними лишь уголками губ, и пошёл подсоблять мастеру, крикнув через плечо.

— Святогора расспросами не донимать! Надо будет — сам обмолвится чем.

Тем временем в царстве Нави всё шло своим чередом, ведь там время текло совсем по-иному. На массивном каменном троне гордо восседал Велеслав, облачённый в чёрную броню. Его лицо было исполнено яростью, он держал в руках длинный кривой посох, готовый к поражению или больше — к нанесению всяких зол. Власть окутала Велеслава с ног до головы, делая его более угрожающим.

Его поза была властной и уверенной, словно он считал себя правителем всего мира. Прислужники, окружающие Велеслава по обеим сторонам от трона, чувствовали страх, и подчинение перед навьим князем, чья власть казалась безграничной.

В ушах Велеслава отзывалась эхом его недавно прочитанная речь: «...принимаю на себя управление силами разрушения, готов следить за тем, чтобы мир Нави надёжно защищал другие миры от внешнего хаоса. Я постиг суть добра, познав тёмную сторону. Я готов посылать испытания, готов заставлять переживать самые ужасные времена.

Ведь только в такое время возможно по-настоящему проявить отвагу, решимость и благородство. Нет света без тени, ибо суть мироздания — это равновесие».

Велеслав уже не чувствовал, как изнутри ломались его кости, как обнажившиеся раны тотчас же заживали и всё начиналось сначала. Он потерял счёт времени, растворяясь в пространстве, превозмогая боль, а когда открыл глаза, то стал совсем иным.

— Велеслав, тебе скоро встречать новых поселенцев.

Ты как? — Морена прокралась в тронный зал тихо, точно змея, собравшаяся вот-вот атаковать свою жертву, и обвила шею правителя прохладными руками.

— Веди! — холодно бросил он, скинув руки Морены с себя, и устремил свой пустой взгляд перед собой.

— Ты знаком с Устиньей? — скривилась Морена, отойдя на пару шагов.

— Видал, но дружбы не водил, — так же безразлично ответил Велеслав. — Чего приключилось с ней?

— Медведь подрал.

— У неё малец один остался, знать...