Противоположные начала

— Получается? — поинтересовался Велеслав у Яглы, чуть отвлекшись от своего орудия.

— Осторожнее. — зашипела девушка и одёрнула руки.

На её запястье образовался крохотный порез, из которого потекла тонкая струйка алой крови. И вдруг Ягла заметила, что больше не видит яркого свечения, оно будто вмиг испарилось. Стало так темно и зябко, а через секунду полил крупный дождь. Ягла не видела, куда Велеслав убрал ни нож, ни загадочный цветок, под такой стеной ливня мало что вообще можно было разглядеть. Девушка сняла с себя поясок, обмотала им ноющее запястье и поднялась с земли, убирая со лба нависшие, уже промокшие пряди тёмных волос.

— Нужно уходить. — Велеслав засуетился, схватил девушку под руку и потащил её вслед за собой из леса. — Только не оглядывайся!

Пара бежала, не разбирая дороги, тонкие ветви изредка хлестали их по лицу, мокрая трава холодила ноги.

— Воробьиная ночь сегодня, — тяжело дыша, прокричала Ягла, не отставая от Велеслава.

— Разгулялась нечистая сила! — вторил тот ей в ответ, замедляя шаг.

— Бежим к нам в сарай, а то бабушку разбудишь. Обсушиться надобно тебе.

По пути они никого не встретили, люди, ещё завидев грозу, разбежались по домам с берега. Ягла же решила проследить за Велеславом, чуяло тогда её сердце, что задумка эта ничем хорошим не закончится. Она пустила свой венок по воде вместе с Василисой, воротила ей куколку, кивнула на прощание Беломиру, удостоверившись, что он проводит девочку до избы, и незаметно прошмыгнула в лесную чащу.

И вот, теперь, благодаря этому, Ягла и оказалась в сарае своих соседей. Девушка отжала подол своего платья, скрутила мокрые волосы в жгут, подоткнув пряди в собранную шишку, и устроилась на тюке соломы, переводя частое дыхание и искоса наблюдая за Велеславом. Тот достал из-за пазухи цветок, из-за пояса нож и полоснул острым концом вдоль своей ладони, вкладывая в неё бутон. Цветок, на удивление, оказался совсем обычным: жёлтая, чуть вытянутая сердцевина, обрамлённая алыми нежными лепестками.

Ягла, кажется, забыла, как дышать. Она с изумлением взирала на Велеслава, затаив дыхание, будто боялась спугнуть что-то волшебное, невидимое глазу. Но ничего не происходило. Совсем ничего. Велеслав разжал ладонь, алый бутон упал к его ногам и он со злостью растоптал его тяжёлым сапогом, не обращая внимание на сочившуюся из раны кровь.

— Что ты сделала? — оскалился Велеслав, переводя свой разгневанный взгляд на Яглу, притаившуюся на тюке соломы.