Второй шанс дракону. Простить или прибить?

Второй шанс дракону. Простить или прибить?

Антоник Татьяна и Стейси Амор

Пролог

— Простите ваше величество, — в приемную короля ввели молодого мужчину.

Вид у последнего был потрепанный и неказистый. Помятая рубашка выбивалась над ремнем, шелковый шейный платок болтался на плечах и был испачкан в крови. Судя по лицу новоприбывшего, его избили, пытали, а после нашли и привели на аудиенцию с его величеством.

Нехотя я прикрыл глаза, не желая признавать, что в наручниках стоит мой племянник.

— А вы быстро, — нахмурился правитель и внимательнее присмотрелся к возмутителю спокойствия.

— Маркиз Асторг проживал в одном постоялом дворе вблизи таверны, — отрапортовал начальник стражей. — Собирался ехать в свое имение.

— Что же, спасибо, — король Орион с вызовом оглянулся на меня и пожал плечами.

Пока мы молчаливо переглядывались, юный негодяй плаксиво начал причитать.

— В чем меня обвиняют? Дядя, я ни в чем не виноват! Клянусь, клянусь чем угодно.

— И что прикажешь с ним делать? — хмыкнул его величество, пораженный тем, что сын моего брата не унаследовал благородных, фамильных черт собственного отца.

— Это злобные наветы, — заверещал племянник. — Ушлые дамочки хотят заполучить мое наследство. Дядя, подтверди!

— Молчи, Нэйтан, — оборвал идиота. — Ты достаточно меня опозорил.

Между тем его величество продолжил.

— Я готов закрыть глаза на многое, ввиду дружбы с герцогом Графтоном, но на последнее прошение.

Орион помедлил, вновь оглянулся и вручил мне злополучную бумагу. Узнав проклятую печать, я беззвучно выругался и с трудом удержался, чтобы не изорвать прошения в клочья.

— Что? — затравленно выдавил Нэйтан. — Что там?

— Некая леди Пирсон, дочь судьи из провинциального городишки буквально требует твое сердце и руку.

— Пф, — с облегчением выдохнул повеса. — Все не так, на самом деле...

— На самом деле в это дело вмешалась леди Харпер Браун, — перебил я воспитанника.

Нэйтан мгновенно побледнел. Он отлично осведомлен, кто такая Харпер Браун, и чем она занимается. Шансов на победу у бедняги почти не было, тем более что вина очевидна. Слава дамского угодника бежала впереди него.

— Уведите маркиза, — приказал его величество. — Пусть один день проведет в застенках.