Мятежница

Райан хотел, чтобы Кристен Лиррет сошла с корабля с ним сама, по доброй воле.

Ну что же, он знал, что у его невесты мятежный нрав, и просто ему не будет. Для этого придется приложить массу усилий, которые он уже начал прилагать.

Сперва ее, а также остальных за тем столом – чтобы ни в коем случае ее не спугнуть, – перевели в привилегированный сектор А. Это был лишь первый из его шагов. Завтра утром должен был последовать следующий, после чего он собирался встретиться с Кристен лицом к лицу.

Эта мысль наполнила его радостным предвкушением, из которого его вырвал довольно сильный магический всплеск.

Магии на вышедшем в открытое море корабле было не так много – накопители в машинном отсеке давали постоянное излучение, как и защитное поле вокруг «Королевы Солнца». Встретился ему и корабельный маг. Тот обладал довольно слабым Воздушным даром – Райан успел в этом убедиться, когда заметил того на первой палубе, беседовавшего с первым помощником.

Правда, он не знал, сколько носителей Дара могли быть на второй или нижних палубах, поэтому понятия не имел, что там могло приключиться.

Наконец, разобрался.

Источником первого, довольно слабого всплеска, была магия Огня; его стихия, которую он мог определить всегда и везде.

Инициатором второго всплеска оказалась магия Воды, причем довольно сложное заклинание.

Напрягшись, он попытался определить, что именно это могло быть.

Разобрался – судя по всему, на палубе второго класса кто-то активировал поисковое заклинание.

Это его немного встревожило, и он решил, что не помешает взглянуть, что именно там стряслось.

Глава 4

Впервые собственную магию я ощутила через шесть месяцев после того, как попала в этот мир.

Это были кошмарные полгода, треть из которых я провела в карцере, еще треть – в приютском лазарете, потому что болела всеми местными болячками, от которых у меня не оказалось ни иммунитета, ни прививок.

И еще – почему меня все время находили, если я старательно заметала следы?

Во время одного из побегов мне удалось сдружиться с местными мальчишками-беспризорниками. Я была готова на все, даже на полуголодную жизнь на улицах, лишь бы больше не возвращаться в ненавистные «Высокие Сосны».