Мятежница

Уставился на меня с улыбкой, затем снова попытался посторониться. Вжался спиной в стену, но из двери его каюты уже выходил попутчик, добавив неразберихи в коридоре. Наконец близнецы выпутались из моей одежды, и мы во всем разобрались.

Вновь улыбнулись, посторонились, раскланялись.

Оказалось, нашим соседом из двухместной каюты 521Д был тот самый «лисий» господин, теперь одетый в темный шерстяной костюм в мелкую полоску. А его попутчик, с которым я столкнулась…

- Господин Рикотт! – раздался чей-то встревоженный голос, и он повернул голову.

- Господин Рикотт! – требовательно повторил тот самый голос.

Я выглянула из-за его широкого плеча – оказалось, в узком коридоре стоял невысокий мужчина в коричневом сюртуке.

- Мне сказали, что вы доктор, – заявил мужчина. – Моя жена беременна, и она не слишком хорошо себя чувствует. Не могли бы вы ее осмотреть?

- На корабле есть свой собственный доктор, – недовольным голосом пробасил «лисий» господин.

- Корабельный доктор стоит пятьдесят фартингов за визит, – возразил ему «коричневый сюртук».

- А так вы решили воспользоваться милостью бедного доктора, не дав ему спокойно поужинать! – закончил его фразу попутчик доктора. – При этом втайне надеетесь, что он не только не возьмет с вас денег, но еще и выдаст вашей страдающей от качки и женских перемен в настроении супруге что-то из своих запасов, и вам не придется потратить ни фартинга.

«Сюртук» нахмурился.

- Ничего вы не понимаете, господин! – заявил высокомерно.

- Так сидели бы дома, – возразил ему «лисий» господин. – Всего-то нужно было урезонить свою супругу!

- Господа, не ссорьтесь! – улыбнулся доктор. – Конечно же, я осмотрю вашу жену, – заявил он «сюртуку». – Вы правы, сейчас я нахожусь далеко от своей практики, поэтому денег с вас не возьму.

- А что я говорил! – тут же торжествующим голосом возвестил «лисий» господин, но его возмущение никто не поддержал.

Доктор Рикотт, кинув на меня еще один извиняющийся взгляд, заявил, что ему нужно взять свой саквояж. Мы с Маргрет снова вжались спиной в стену, пропуская доктора, затем отправились следом за «лисьим» господином, недовольным настолько, что он даже позабыл представиться.