Ассасины. Ее катализатор

– Тааффеит! – грозно поправила я его. – У нее есть имя и не нужно его сокращать. – Я оскорбилась так, будто он мое имя сократил.

– Но также удобнее.

– И что?- Я бы и тебя хотел звать сокращенно.

– И как же? – угрожающе тихо спросила я.

– Летти или например Нико.

– Собаку так свою назовите, – огрызнулась я.

– Мы на псарне так и делаем. – Не понял моей реакции Кейлир. – Например, рождается у породистой суки пять щенков. У всех них есть собственные длинные имена, плюс прибавляется имя матери и отца, а также фамилия наша и название питомника.

Я вскинула одну бровь и покачала головой.

Мы тихонько пришпорили лошадей и пошли по протоптанный тропинкам Придворовой территории. Поля были огромными, уже не зеленые, нет. В октябре не бывает яркой зелени. Земля окрашивалась в светло-желтые тона, а вдали виднелся лес с хвойными, которые контрастировали с полями.

– Я бы повторил как-нибудь наше свидание.

– Вы считаете, что у нас свидание, Кейлир?

– Дружеская встреча.

– Дружеская, ага.

– Так что?

– Я подумаю. Кажется, в этой стране девушкам не положено быстро соглашаться на все.

– Вы не похожи на тех, кого заботит кому что положено.

– Тоже верно. Не представляю какого вашей сестре, – повернула я разговор в нужное русло. – Ваша матушка, разумеется, все делает из благих побуждений, но я искренне жалею вашу сестру.

– Сара, конечно, выглядит милой и доброй. И конечно, она, действительно, милая и добрая. Но не думайте, что ей плохо живется.

– Строгие правила, множество занятий. Никакой свободы.

– Чем это отличается от вашей работы?

– У меня всегда есть выбор.

– Он был когда-то. Но сейчас… разве вы сможете оставить свою работу? Даже если вас позовут замуж, вам же нужно где-то работать. Даже если вам не нужны деньги, и вас обеспечат… вы сможете покинуть свою интересную и опасную работу? Теоретически, да.

Он был в чем-то прав, даже не зная, что я ассасин гильдии, а не просто госслужащая в охране. Даже если небо упадет на землю, я решу уйти… Представляю какую истерику устроит Нитта. Наверное, обидится и решит, что это злое предательство с моей стороны. И вот… я ушла и вроде свободна.