Ассасины. Ее катализатор

Наш семейный автомат, оставшийся от родителей. Тот, что хранили как память. Зачем он его взял? Если он выстрелит, то будет нарушен закон. Но кажется, когда дело касается моей жизни, его мало что волнует. Беспечный идиот!

Фарин побледнел, он стоял ближе всего к нему. Шафран удивленно блеснул зеленью глаз, но оставался спокойным.

– Бросайте вашу пушку, моя больше, – сказал Лоуренс и выкинул сигарету.

Никто не двинулся с места. Нас было трое, их шесть, включая Фарина. Или нас было уже пятеро. За спиной Лоуренса появилось два силуэта: Рейни и Эндари.

– Вы проиграли, мальчики, – насмешливо сказала я.

Но видимо для некоторых выполнить миссию означает погибнуть. Именно поэтому огнестрел бойца выстрелил в Шафрана.

Мое сердце замерло, дыхание задержалось. А он исчез, точнее… двигался настолько быстро, что пуля просто отскочила от стены. А Шафран верхом на пантере оказался сзади бойца, хищник вцепился ему в глотку и далее разорвал на куски. Я – крепкий человек, ассасин, как никак. Но я искренне порадовалась, что ничего не съела на завтрак, потому что мой желудок начал дрожать от этого зрелища.

Фарина вырубил Эндари, тот не успел дернуться. Хорошо, что оставил в живых. Нам он еще для допроса нужен. Хотя, конечно, он будет отрицать причастность Рильи. Оставшиеся бойцы хотели отступить, но видимо приказов нарушить не могли. А потому вяло продолжали бой. Они сбились в кучу, подобрали к себе тела уже убитых и… Нет!!!

– Остановите их! – заорала я, глядя как они самоуничтожаются с помощью огня.

Рейни прыснула в них нейтрализатором огнепылкого раствора, но было поздно. Их тела уже истлевали. Я смотрела как кости превращаются в пепел и рассыпаются на полу. Медленно моргала, осознавая все происшедшее сейчас.

– Что мы будем делать?

Шафран спрыгнул с пантеры, та уменьшилась до обычных размеров, и я узнала Кабаски. Мой уголок слабо дернулся в улыбке. Король пересекся со мной взглядом, я видела шаг в мою сторону, но он замер.

Зато Лоуренс уже во всю меня обнимал.

– Давай палец показывай, – проворчал он.

Я как в тумане подала ему руку, услышала хруст. Мне кажется, что я даже боли не почувствовала.

– Рилья будет отрицать все, – произнес Шафран. – Скажет, что это какие-то их заговорщики, правительство не имеет отношения. Возможно, так оно и есть. Сейчас уже не разобраться. Но отношения между нами будут напряженные.

– А если они снова решатся на нападение? – спросила Рейни.

– Не сейчас, иначе будет слишком очевидно.