Ангел света и любви. Философский роман

– Наверное, твой дедушка был очень умным человеком?

– Да, был, также он сказал, что человек должен постоянно работать над собой, меняя стереотипы в силу воли души своей, не останавливаться на достигнутом, и все люди, которых мы встречаем на своём пути, в своей жизни, они все посланы нам Богом, не иначе, и на той или иной стадии, для чего послан мне на этот раз этот человек, нет ничего хорошего в разгульной жизни – это хорошо, когда человек умеет вовремя остановиться, а иначе его ждёт гибель, прекращается рост и всё раньше красивое, лучезарное озеро превращается в болото.

– Франсуа, как ты думаешь, я счастливый человек, несмотря на то что я инвалид и что не чувствую твёрдости в своих ногах, не могу встать и пойти?

Я не задумываясь ответил ему:

– Да.

Он рассмеялся, потом очень серьёзно мне сказал:

– Мне нравится твой ответ, да, моё счастье – это богатство внутри меня, и я не забыл ходьбы своих ног.

Помню все его наставления, и теперь всё, что я делаю в своей жизни, понимаю, что хочу этого сам, дедушка мне только указал на этот путь. Решение принял сам, я не стал щупать воду, а прыгнул в неё с головой и поплыл и теперь не жалею об этом.

– Хм… Фарух… ты очень талантливый молодой человек и верю, что тебя ждёт великолепное будущее.

– Спасибо, месье, ваш кофе остыл?

– Что?

– Вы меня так внимательно слушали, и я заметил, что ваша рука ни разу не прикоснулась к чашке с кофе, он, наверное, уже остыл?

– А-а-а… кофе, – Жульен сделал глоток. – Да, действительно, он уже тёплый.

– Уже не такой ароматный?

– Ничего страшного.

Повернулась ручка, и дверь в кабинет Пампуша открылась, показался коренастый мужчина в чёрном костюме с красной папкой в руках.

– Месье Пампуш, я жду вас в среду вечером.

– Да, я знаю, – донеслось из глубины кабинета.

Мужчина поправил галстук, его брови были чёрными и густыми, грозно сдвинутыми, он зыркнул на Бурански стальным взглядом, тем самым окатив Жульена как из ведра ледяной водой.

– Франсуа, всего доброго!

– И вам, месье Бургун!

– Франсуа, – шепнул он. – Как вы думаете, я могу войти?

– Одну секундочку, месье.

– Месье Пампуш, к вам месье Бурански.

– Хорошо, Франсуа, пусть войдёт.