Ангел света и любви. Философский роман

Она замахала веером, пристально на него уставившись, в её глазах застыли мысли, правда, какие? Он чувствовал, что от Аманды веет теплом, загадочностью, у него появилось неистовое желание подобрать ключик к её замочку, он захотел узнать её поближе.

– Месье Бурански, – последовала пауза, она поправила перчатку на руке и опять пристально уставилась на него, отчего его снова бросило в жар, Жульен не мог понять, отчего так тонет в её глазах.

– Да…

– Видите ли… предложение, конечно, заманчивое, и не зная вас, я всё же ценю его, как бы там ни было, вы мне импонируете, и скажу только одно: от времени вашего пребывания здесь будет зависеть дальнейшее.

– Вот те на, а как это?

– Мой ответ исчерпан, – и сказала она это очень серьёзно. – Отец, мы уезжаем.

– Да, конечно, Аманда.

Он хотел возмутиться:

– Месье Пампуш? – лёгкая улыбка проскользнула на его лице, он пожал плечами, прикрыл рот рукой, чтобы дочь не услышала, и еле слышно проговорил:

– Вся в мать, а она прекрасная женщина.

Бурански махнул ему только головой, тот сел в карету, она тихонечко тронулась, Аманды Жульен уже не видел.

– Месье Бурански, до завтра.

– До завтра, месье Пампуш.

Перед глазами у него всё ещё стояло лицо Аманды, её глаза, улыбка, он пытался понять, что она представляет из себя, о планах пойти к месье Жюли он, конечно же, позабыл и решил провести оставшийся вечер в окрестностях отеля.

Бурански проснулся с мыслью о Дороти, надо же ей весточку послать, как же ему сообщить о том, что теперь не скоро будет, ведь он ей обещал… Отказать Пампушу… и перед глазами вновь появился образ Аманды, аромат её духов, Жульен почувствовал настолько сильно – быть может, она где-то рядом, оглядел комнату – пустота… один луч солнца пробивался сквозь шторы, пора вставать… что же, что же написать Дороти… Аха! Его осенила гениальная идея: письмом буду я сам, как и обещал, я приеду, а потом назад.

– Франсуа, доброе утро!

– Доброе утро, месье Бурански!

– Месье Пампуш у себя?

– О да, месье, но он сейчас занят, у него встреча, вам придётся подождать.

– Хорошо, Франсуа.

– Да, месье.

– А можно мне кофе?

– Да, конечно, месье, кофе с молоком и сахаром?

– Да, пожалуй.

– Хорошо, будет сделано.