Отбор для зачарованного принца

Места, где можно было бы замести следы моей магии.

Я обследовала дворец и поняла, что у меня есть проблемы… Проблемы в том, что дворец, каждый его закоулочек, каждая ниша были пропитаны темным заклятием и магией. Защитной магией. Ее наверняка использовал Арэс. И он, конечно, сразу почует постороннее вмешательство и Силу.

Безопасных для меня мест в замке не было.

Значит, придется сменить тактику. Я должна помешать отбору, сделать все, чтобы принц так и остался бессердечным, а заклятие бы просочилось сквозь стены замка и завладело городом.

Но что станет, когда это случится?

Я отмахнулась от этой неприятной мысли. Я стану полноправной темной колдуньей. А что станет с заклятием – не мое дело. В конце концов, Мизелла знала, что делала.

Я свернула за угол и поднялась на второй этаж с комнатами принцесс. Послышался странный звук, похожий на скулеж. Сначала я подумала, что это какой-то щенок скулит, но откуда ему тут взяться? Через мгновение я поняла, что кто-то плачет. Я пошла на звук и вскоре увидела его источник.

На полу, прислонившись к стене, сидела принцесса Мила, пышная пастушечка. Она тихо плакала, спрятав лицо в ладонях. У ее ног лежали осколка зеркала.

– Что случилось? – спросила я и присела рядом. Ее магическое зеркало было разбито. Как жаль, что мир лишился такого чудесного артефакта.

Мила подняла на меня заплаканные глаза.

– Это…это все она…Она смеялась надо мной, обзывала…А потом вырвала и разбила мое зеркало. А остальные ее подружки хохотали, – всхлипывая, ответила она.

– Кто? Кто это сделал?

– Амадина…

Я напрягла память. Перед глазами всплыл образ красивой принцессы с ядовитым языком.

– Это не та ли блондинка в белом платье? – сказала я.

Мила кивнула и снова всхлипнула. Я перевела взгляд на осколки зеркала. Какой же надо быть избалованной и тупой, чтобы вот так легко разбить магический предмет! Говорящее зеркало! Во мне поднималась волна злости, темная и теплая. Она будила мою Силу, и я уже не могла противиться ей.

Злость и негодование заполнили мое существо.

– Ты знаешь, где она сейчас? – я говорила тихо и спокойно, боясь, что волна гнева перельется через край.

Мила кивнула.

– В своей комнате, – прошептала она.

– Покажи!

Она неловко встала. Я наклонилась и бережно собрала осколки зеркала в подол платья. Мила повела меня к комнате Амадины.

За дверью слышались смех и тихая музыка. Я замолотила по двери кулаком. Смех замолк, мне открыла горничная Амадины. Она присела в низком поклоне.