Отбор для зачарованного принца

Элиса, ты знаешь, что в этих краях женщины носят только платья и юбки?

Она с недоумением, как лесной зверек, смотрела на меня.

–…а значит, ты нездешняя, – продолжила я, красноречиво оглядывая ее штаны, – так откуда ты?

Она прикусила губу и снова сунула руку в сундук, извлекла из него симпатичное коричневое платье.

– Вот хороший наряд, – сказала она, улыбнувшись, – могу я надеть его?

– Да. Откуда ты?

Она покачала головой и нахмурилась.

– Это тайна, я не могу ее раскрыть, – ответила она.

– Когда будешь говорить со мной на людях, называй меня госпожа.

– Да, госпожа, – последнее слово она выговорила с трудом. Девушка явно не была в услужении, и все ее манеры и жесты выдавали в ней вольного человека, никогда не видавшего господ.

На миг я даже подумала, что заставила ее дать слишком жестокую для нее клятву. Но такова цена за спасение жизни.

– Ты не была горничной, – произнесла я и встала, – но от тебя ничего и не требуется. Ты должна лишь играть роль моей горничной. И молчать. Ясно?

Она кивнула.

– Хорошо, – я раскрыла свой сундук. От алмазов и блеска шелка зарябило в глазах, – а теперь помоги мне переодеться. Сама я с этими юбками и корсетами не справлюсь.

Глава 8

Элиса оказалась совершенно беспомощной во всем, что касалось женской одежды и украшений. Такое ощущение, что она выросла в мужском мире, где носят только брюки да стрелы за плечами. В итоге, мне самой пришлось помогать ей одеваться. Эта девушка даже не знала, как застегнуть застежки и для чего нижние юбки.

Я не только помогла ей одеться, я еще и заплела ее рыжие вихры в тугой узел, потому что сама она знала две прически: лохматый хвост да непослушная коса.

Да, отличная служанка для самозваной принцессы.

Худо-бедно, проклиная швей и модельеров всех восьми королевств, я натянула на себя корсет и платье, остановив свой выбор на изумрудно-зеленом. Свои пепельные волосы я распустила по спине, голову украсила серебристой тиарой.

Отражение в зеркале мне понравилось. Конечно, до совершенной красоты настоящей принцессы Авроры мне далеко.

Кроу раньше часто спрашивал, отчего я не изменю свою внешность с помощью магии. Чуть подправлю губы, озолочу волосы, увеличу глаза…Ведь Мизелла давно научила меня этому искусству. Но я всегда ему отвечала, что мое лицо – суть меня, моей природы и того, что осталось мне от родителей, пусть я их никогда и не знала.