Царевны. Хранитель дождя

Но я не буду рассказывать вам! Пойдите прочь со своими расспросами!

Она понимала его и естественно не собиралась рассказывать ему, что сейчас тоже все видела воочию, как и он сам, всю его жизнь, за последний год. Воспоминания, всплывшие из глубин его памяти.

На его агрессивный тон она совсем не обиделась. Как и раньше за эти три дня знакомства не обижалась. Она понимала, его агрессия — всего лишь защитная реакция от его страданий и душевной боли. Он казался ей очень несчастным, хотя не хотел этого показать.

Он виделся ей затравленным зверем, оттого в нем было столько агрессии, цинизма и злости. А на несчастных нет смысла обижаться, они итак наказаны душевными страданиями.

— Пойдем спать, Магури, уже поздно, — только и предложила она.

Океана показала ему его комнату и кровать. Довольно широкое ложе, с мягким покрывалом и подушкой.

— Я буду спасть здесь? Один? — недоуменно спросил он.

— Да. Моя спальня рядом, отдыхай, — кивнула девушка и быстро вышла.

Магури в очередной раз опешил от щедрости и доброты своей новой госпожи.

Целая кровать для него одного! Но он не стал благодарить драконицу, думая о том, что наверняка она что-то задумала плохое, раз теперь так добра с ним.

Магури находился в уютной подводной расщелине, почти на поверхности воды, среди вьющихся разноцветных лиан водорослей. Голубые и желтые как солнца рыбешки, плавно сновали вокруг него. Он притих и сидел на большом камне, покрытом мхом, держа наизготове палочку, медный пузырек с чернилами из выделений осьминога.

Тонкие зеленоватые листы водного пергамента, так же лежали перед ним, прижатые камнем, чтобы не всплывали.

Сейчас он сидел в ожидании, чтобы запечатлеть великолепную картину. Вскоре в этом месте должна была проплывать стая розовых китов со своими малышами. Только раз в год ровно в десятый день осени розовые киты проплывали здесь. Возвращаясь к своему основному месту обитания с только что рожденными китятами. И Магури собирался зарисовать это великолепное зрелище на мягком пергаменте из светлых водорослей.

— Магури, — раздался над его головой приятный знакомый голос. Его сестренка сезара проплыла перед ним. — Отчего ты здесь? Матушка потеряла тебя!

— Зачем я ей? — ответил он нехотя, и показал рукой, чтобы она отошла и не закрывала ему вид.

Он так боялся пропустить китов, которых караулил уже шесть часов подряд.

Брат и сестра не открывали ртов и говорили грудными напевами, на подводном языке.