Царевны. Хранитель дождя

Но все же царевна надеялась, что возможно скоро придет время и любимый одумается. Приедет за ней и признает сына своим.

Невольно пальцы Ирии затеребили кулон, висевший на ее шее. Эта была частица от кулона матушки, которую четыре месяца назад привезла Церцея.

На Парящие острова старшую сестру доставил один из соколов — разведчиков, которые тайно наведывались на материковую часть Черипаху. И Церцея знала место и людину, через которого можно было передать на острова не только письмо, но и договориться о полете туда.

В данный момент Парящие острова держали оборону, не подпуская драконовых к своим землям. После неудачной попытки вторжения летающими сферами, императорская армия больше не предпринимала попыток завоевания островов. Однако расы соколов и гарпий всё равно весь год готовились к обороне в случае вторжения.

Ирия вспомнила, как при передаче кулона, Церцея сказала про некий страх, который Ирия должна преодолеть. Только тогда они обязательно победят драконовых и их восстание увенчается успехом.

В тот момент Ирия промолчала. Она не могла сказать решительно настроенной Церцее, что не хочет ни с кем воевать, и вообще не намерена участвовать в восстании. Потому смолчала. Уж очень ей хотелось оставить у себя частицу кулона покойной матушки. А Церцея, узнай о ее нежелании принять участие в восстании, могла не отдать кулон.

Услышав слова Церцеи Ирия тогда спросила:

— И какой страх я должна преодолеть?

— Не знаю, ты должна сама понять, — ответила сестра. — Мы каждая, видели только свой страх, когда зашли в Священное озеро.

Ирия взяв кулон, нахмурилась, ничего не понимая.

Позже, после отъезда Церцеи, она направилась в Подземный храм Свечения, расположенный под Гранатовым дворцом. Зашла в небольшое храмовое озерцо и зажала кулон в руке. После пламенной долгой медитации, она, наконец, увидела свой страх.

Он был до того жутким и страшным, что Ирия едва выйдя из озерца, упала в обморок от нервного потрясения.

.

Глава 21.2

— Любовь моя! — раздался позади Ирии мужской голос.

Девушка очнулась от своих воспоминаний и дум, обернулась. Царевич Орель быстро приблизился. — Я к тебе с радостной вестью. У нас гости.

— Ах, Орель, если опять пожаловали твои друзья, я не желаю их видеть. Мне надоело, что ты показываешь меня всем как какой-то диковинный цветок.

— Как любимый цветок, Ирия, — мягко поправил ее сокол в обличии людины, пытаясь обнять ее. Но красавица не далась ему. Ирия быстро вернулась в свою белую спальню.