Царевны. Хранитель дождя

— Матушка всегда об этом говорила, да и тетушки тоже. Ты ведь знаешь, что мы долгожительницы. И можем даровать своим мужьям так же долгие лета жизни через свою любовь.

— Что-то слышал об этом, неужели это правда?

— Так и есть. А еще царевна из рода атурий может вылечить у своего мужа или у дитя любую болезнь, потому твои шрамы на лице стали исчезать.

— Со шрамами на теле тоже самое, Лисия! — с воодушевлением заявил Арни, поворачиваясь к ней спиной. — Смотри, они стали почти заметны и совершенно перестали болеть и ныть.

— Я так рада, что моя любовь исцеляет тебя, — улыбнулась ему ласково Лисия.

— Это я счастлив, что Боги послали мне тебя.

— Ты столько сделал для меня, Арни. Пошел против всех, против воли императора. Потому и заслужил мою любовь. Исцеление — лишь малое, что я могу дать тебе.

— Если ты подаришь мне дитя, я буду еще счастливее, моя олешка.

Лисии пришлись по душе его слова, и она страстно прильнула к губам Арни, обвивая его нежными руками. Спустя минуту она вдруг оторвалась от мужа, что-то вспомнив.

— Знаешь, твоя матушка рассказала мне очень печальную историю о том, как на вашей планете не просто вырастить детей. И гибнут многие младенцы.

— Что? На какой планете?

— На вашей, где ваша родина.

Он понял про что она говорила и помрачнел.

— Зачем матушка рассказала тебе? — спросил он недовольно. — Я же просил ее молчать о том пока.

— Но она рассказала. Мне ее так жалко и других ваших женщин-дракониц.

— Да, Лисия, это очень страшно, — вздохнул Янтарный. — Наша шестипалая раса умирает. Точнее, многие века нас пытаются извести, чтобы мы навсегда исчезли. Но мы сопротивляемся и пытаемся все равно выжить.

— Кто же вас хочет извести? За что?

— Я не могу пока тебе об этом сказать, не обижайся. Но матушка сказала тебе правду. Многие столетия мы ищем выход, как не исчезнуть с лица нашей любимой планеты. Единственное, что нас может спасти от вырождения, это амарант.

— Как это ужасно.

— Да. Только Туманные драконы согласились помочь нашей вымирающей расе. Они обещали вырастить амарант и…, — он сглотнул ком в горле и продолжал уже тише: — Именно поэтому пятьсот наших самых смелых драконов пошли в армию Аргона.

— Я понимаю.