Чертовщина

– Тюрьма это только кажется страшно! Я двадцать лет ютился в крошечной коробке! – расстроенный, Фаня покачивал головой. – Свобода – это простая иллюзия. Вы все, люди, сидите по домам точно так же, как по коробкам, и разрисовываете старые стены своими иллюзиями! Ничего не изменится, только мы будем счастливы!

Пространство и время для Маргариты как будто замерли. Она вспомнила тот день, когда нашла в сгоревшем доме маленького домовёнка, взяла его на руки… Ей захотелось представить, как она душит его, умерщвляет, но она не смогла.

Полицейские ломились в машину, колдовское наваждение улетучивалось.

Рита посмотрела на Фаню последний раз, закрыла лицо руками, касаясь висков, и прошептала:

– Прощай…

***

Большой сгоревший дом в деревне у бабушки, когда ей было всего семь, – последнее воспоминание Риты из детства.

Потом полиция, суд, лечебница. И она снова свободна. Шесть лет – не такой большой срок.

Интересно, что она умела водить машину, немного понимала старославянский, обожала рисовать, но так и не вспомнила ни одного человека из жизни после провала. Так и не поняла, кто она по профессии. Не нашла документов.

Тело сохранило моторную память, а сердце очистилось. Рита вздохнула полной грудью, и ей повезло полюбить как впервые.

Максим, молодой психолог, проходивший интернатуру в лечебнице, бросил учёбу и жил теперь с ней.

В очередной погожий день, налюбовавшись на свои пёстрые акварели, Рита собрала мольберт, термос и стояла, обувая кроссовки, в прихожей. Максим вышел из кухни и, вытерев руки о передник, подошёл поцеловать Риту.

– Всё же хорошо? – она тревожно глянула на Максима.

Ей часто приходила в голову глупая мысль, что если всё хорошо, то либо будет плохо, либо что-то уже не так, а она просто не замечает.

– Всё хорошо, любимая. Иди, пока погода солнечная. Я приготовлю ужин и буду тебя ждать.

Максим закрыл за Ритой, взял в чулане напильник, прошёл в ванную, наклонился над раковиной и, раздвинув волосы, стал усердно подтачивать рога.

Он делал это по чуть-чуть каждый день. Потому что, когда ты настоящий чёрт, притворяться домовым Фаней или человеком Максимом сложно.

Но можно.