За Бессмертного замолвите слово

И так всё сложилось, что они с Блудом недругов парнишки всех покарали. И печать замком сразу стала.

— Вот оно что. А я тебе зачем?

— Уже позже мне Златан сказал, что любовь человеческая сильней любого колдовства станется. Любовь проклятье снимает. Ведь суждено мне жить в Нави, как проклятому. Кто-то за меня в Яви живёт. И наши жизни хоть и разделены мирами, но в тоже время связаны. Этот кто-то, как и я, бессмертный.

— Значит, хотел меня использовать?

— Ну, это как посмотреть... — протянул он. — Да если бы все хорошо было, то и ни к чему тебе беспокоиться.

— Я так понимаю, ты мне говорить о том, кто ты и не собирался?! — полыхнули её глаза огоньком опасным.

— Да зачем? — искренне удивился Богдан. — Жили бы с тобой, как обычные люди...

— Значит, так ты собирался начинать семейную жизнь? С обмана?!

Богдан сглотнул, понимая, что не по той тропке разговорной пошёл, но было уже поздно:

— Если бы ты этого всего не знала... это обман? — спросил он неуверенно.

— А что же ещё? Люди нормальные от своих любимых секретов не держат, не таятся.

— Прости.

— Прости? Это всё, что ты можешь мне сказать?! Делов натворил! Жизнь мою с ног на голову перевернул. Прости, Мира. Так получилось, да? — взвилась Мира. — Ты хоть представляешь, как мой отец и брат переживают? Брат! — она и сама за голову схватилась: — Ужас! Я о Васильке и не вспомнила, куда он запропастился и нашёлся ли.

Взволновалась Мира и не заметила, как Богдан взор отвёл, но промолчал.

— А всё ты виноват! — бросила она и обогнала Богдана, зло вперёд вышагивая.

— Подожди, Мира, ты не в ту сторону... — крикнул Богдан, но не договорил.

Замерла и Мира. Впереди, как река, расстилается чернота чёрная. Да и не река это вовсе! Как живая шевелится, как смола кипящая, пузырится. И чувство тревоги, от неё исходящее, прямо в основание проникает, порождая ощущение чего-то необъяснимо плохого. Голова у Миры в миг заболела. Убраться отсюда куда подальше так и хочется. Она неосознанно сделала шаг назад и натолкнулась на грудь Богдана.

— Это скверна. Тихо уходим.

Мире даже спрашивать не пришлось, что же именно это такое чувствует зло самой кожею. Глянула на Богдана, а на нём от беспокойства лица нет. Сразу понятно — дело серьёзное. Ведёт он её за руку, а она нет-нет да назад оборачивается. А тут скверна чёрная, как змея, по стволу дерева обвилась — и наверх. А оттуда, как кошка, на них так и прыгнет. Мира ахнула.

— Бежим! — крикнул Богдан.