За Бессмертного замолвите слово

Она не сомневалась, что Владимир говорил именно о том самом Сновиде, который обратил Снежу скверной. Тот, кто заложил жизнь Богдана в Нави. Единственное, чего она никак не могла разуметь — зачем ему спонадобилась она. Мира провела достаточно времени в Нави для понимания того, о чем ей говорил Златан. Ни один из миров не был плохим или хорошим. Всё зло люди творили собственноручно. И чистым воплощением этого зла был Сновид.

Владимир тем временем продолжал её куда-то тащить. Вскоре они вышли к небольшой поляне без единой зелёной травинки на ней.

— Ведьмин круг, — с ужасом выдохнула Мира.

Она снова заупиралась из последних сил. Владимир, не проявившись ни каплю доброты с первого момента их знакомства, становиться милым явно не собирался. Схватив её за косу и намотав на кулак ,поволок Миру в центр круга, наподобие той собаки на привязи, не обращая внимание на разрушения целостности кругов. Оказавшись в самом сердце ведьминого круга, он достал из-за пазухи необычайно белый камень и поместил его в середину.

— Как средь моря-Окияна да на острове Буяне славен камень Алатырь. Престол Света, Сердце Мира! Кого к камню путь привёл, то дорогу тот обрёл к другой части в знаке верном. Мудрость древняя, богам ведная! — на распев и громко произнес Владимир.

И как только закончил произносить слова, свет из белого камня, как вода хлынул и затопил всё вокруг. Она, кажется, отчаянно визжала, зажмурив от ужаса глаза. Как никогда Мире хотелось, чтобы дух покинул её тело.

— Угомонись ты! — Мира не сразу осознала, что её довольно грубо пнули.

Она распахнула глаза и с удивлением обнаружила себя сидящей на полу в помещении с белёными стенами, без окон, освещённым факелами, наподобие как в замке Богдана. Впереди высился каменный постамент, а за ним стол, из-за которого вставал бородатый мужчина в священных одеждах волхва.

— Сновид, — прошептала Мира, пораженно уставившись на него.

Он был один в один похож на того жреца из видений, показанных когда-то Снежой.

— Если ты ещё раз позволишь себе так визжать, — произнёс самый страшный человек в её жизни, глядя прямо в глаза: — Я лишу тебя голоса.

— Свою работу я выполнил, — подал голос Владимир.

— Недурно, сынок, — похвалил Владимира, мужчина, выходящий из тёмного коридора к ним. — Отведи девицу в камеру и возвращайся. Расскажешь, как там дела обстоят.