Свобода выбора

- На твоих сладостях и с двумя глотками воды мы долго не протянем. Я отправлюсь на охоту, потом ты попробуешь поспать. Утром полетим дальше. Два дня, говоришь?

- Два дня, – подтвердила я.

- Продержимся! – заверил меня Ронан. – У нас неплохие шансы пережить эту ночь. Фоморы не любят темноты, нападают только на рассвете.

- Откуда ты знаешь? Воевал?

Опять не ответил. Поднялся и ушел в лес, прихватив пустую бутылку. Вернулся через несколько минут, но уже с полной. Вода из озера пахла тиной, и у нее был странный металлический привкус, но пить… Кажется, можно.

- Я скоро вернусь, – пообещал мне Ронан. – Смотри в оба!

Он вернулся где-то через полчаса. И не один, а с животным, похожим на гигантского броненосца. Дракон держал его в зубах, затем положил перед костром и прижал огромной лапой, чтобы не сбежал.

- Поймал? – похвалила его. – Молодец!

Отвернулась, когда он прокусывал панцирь, а затем выковыривал окровавленную тушку, но уже в обличии человека.

Разделал его моим перочинным швейцарским ножом, насадил на вертел. Сказал, что по близости ничего другого не пробегало, а оставлять меня надолго он не захотел. На мясо я тоже косилась с превеликим подозрением, но, когда оно зажарилось, все же рискнула попробовать. Уговорила себя, что два дня в таком темпе – бежать-стрелять – на батончике «Сникерса» я не продержусь.

Оказалось, очень даже ничего. Правда, соли не хватало и ещё кетчупа, чтобы заглушить горький привкус чужого мира.

- Ложись спать! – приказал мне дракон. – Я буду караулить.

- А ты? Спать, я имела ввиду…

Он поморщился.

- Ложись уже, Мири Логан!

И я улеглась, но все никак не могла устроиться. Мерзла, хотя Ронан принес молодые ветки с короткими колкими листьями, устроив мне ложе. Но тепло было только той стороне, которая оказывалась ближе к огню – либо спине, либо груди. Да еще и рука болела, а ведь магией пользоваться нельзя!.

.

Пока он ходил на охоту, осмотрела. Нет, не перелом, а сильный ушиб и, подозреваю, растяжение. Ворочалась я долго, пока мужчина, вздохнув, не переложил меня к себе на колени. Обнял. Уверена, из чувства жалости! Хотела было протестовать, но решила, что будет теплее – и ему, и мне. А хворост подбрасывать – во-он какую кучу принес! – он и так дотянется!

А я подремлю с часик, не больше, и заступлю вместо него на караул.