Неравный брак

— Тот, кто наделил меня клыками, длинной жизнью и силой, при этом меня не спросив хочу ли я этого или нет, — ответил Герман. — Я в своем праве. В праве силы. Если кому-то это не нравится, то может это право у меня отнять.

— Сам же знаешь, что это почти не возможно.

— Знаю, поэтому и творю, что считаю нужным. Наташ, я понимаю, что ты меня осуждаешь. И знаю, что я тебе не всегда нравлюсь, но как показывает опыт, если хочешь спокойно жить, то не оставляй врагов за спиной, — ответил Герман. — И давай закончим этот разговор.

У меня милая женушка и без него напугана.

— Я не напугана. Просто ничего не чувствую.

— Надо тебя сегодня к чувствам вернуть. Обязательно укушу, — сказал Герман.

— Зачем?

— Чтоб к жизни пробудить. Вдруг у тебя ко мне ненависть проснется. А это лучше, чем пустота.

— Тогда кусай.

— Договорились, — серьезно сказал он. И опять что-то промелькнуло в его взгляде, только я не готова была разбирать блики в его глазах.

Глава 8

Позавтракать мне не удалось. Кусок в горло не лез. Зато завтрак понравился Денису.

После него мы попрощались с Наташей и Владом. После этого мы поехали в гостиницу. Там меня должна была ждать Олька. Как мы и договаривались, вещи она привезла, только ждать меня не стала. Я прочитала короткую записку, в которой Олька объясняла, что со мной не поедет.

Ничего личного. Она там уже была. В горах. Жила в одном из холодных кланов, но потом сбежала. Мне она желала счастья, но возвращаться назад не собиралась. Пока Денис проверял все ли его вещи привезли, Герман договаривался о билетах на поезд.

А я стояла около окна и ничего не чувствовала.

Вот он умер. Тот человек, который портил мне жизнь. Но почему-то меня это не волновало. Совсем не волновало.

— С вами хотят переговорить. Одна сударыня.

Портье протянул мне записку от мамы, которая ждала меня в фойе гостиницы. Неожиданно. Ничего не говоря, я протянула Герману записку.

— Иди, я пригляжу за Денисом, — ответил Герман.

Пока я спускалась, то подумала, что он такой добрый. Вот предложил приглядеть за Денисом, а потом поняла, что это был своеобразный залог — я ведь вернусь за ним.

Все же он был хитрым мужчиной. Хитрее, чем Олег.

Мама выглядела расстроенной. И опять, я думала, что из-за моей выходки, а оказалось, что из-за моей сестренки, которая все-таки убежала с бароном.

— Мам, я думала, что она домой поехала после того шума, который устроил Герман. Не хотела, чтоб это и ее коснулось, — ответила я.

— Не понимаю, как она до такого додумалась. Он же принципиальный.