Неравный брак

Долго не с кем не был, — коснулся губами моего уха, сказал Герман. — А вот ты меня чем-то зацепила. Я захотел, чтоб ты оказалась рядом.

— Зачем?

— Не знаю. Просто захотел, — ответил он, царапая клыками мою шею. Я тяжело вздохнула. Ноги подкосились. Его руки крепко держали меня, прижимая к себе. — Еще немного и ты упадешь в обморок.

— Ты меня пугаешь.

— Играю, — мягко ответил он. — Всего лишь играюсь.

Он развязал шнуровку платья и отошел. Начал раздеваться сам. Я старалась не смотреть в его сторону. Оставшись в одной рубашке я ушла в уборную, чтоб умыться и немного собраться с мыслями.

Нужно успокоится. Ведь ничего такого не происходит. Я вышла замуж за вампира, который мне помог. И он мне не был противен. Только почему-то я боялась. Боялась до дрожжи.

Когда я вернулась в комнату, то Герман лежал в длинной рубашке до самых колен. Ему только колпака не хватало, чтоб стать похожим на гнома. Он вопросительно посмотрел на меня. Улыбнулся.

— Иди ко мне, моя красавица, — довольно сказал он и протянул руки в мою сторону.

— Свет выключить?

— Как хочешь. Мне он не мешает, но если тебя смущает, то выключай.

Я все же выключила свет, понимая, что тяну время. А зачем я это делаю? От него же не сбежать.

— Боишься? — спросил Герман.

— Да.

— А ночью ты была дерзкой красавицей. Прям столько пообещала одним лишь поцелуем, что я всю ночь без сна проворочался. Пришлось на кухню идти.

— Чтоб пирожные сделать?

— Ага. Есть такая теория, что если человека кормить сладким, то и кровь будет сладенькой.

Никогда раньше не проверял, а теперь стало интересно, — сказал он, прижимаясь ко мне. Зачем-то поцеловал в плечо прямо сквозь рубашку. — Проверим какая ты вкусная?

— Как хочешь, — пробормотала я.

— Как хочу? Ммм. Я много чего хочу. И чего, прям все могу воплотить? — спросил он, мурлыча под нос. Я вцепилась руками в подол рубашки.

— Не знаю.

— У тебя голос дрожит, — сказал он. Из голоса ушла вся игривость. Появились серьезны нотки. — Ты так боишься?

— Да. Не хочу, чтоб меня кусали.

— Так я и не собираюсь, — ответил Герман. — Мне это не нужно.

— Тогда зачем все это?

— Развлекаюсь. Сказал же, что мне нравится играть. Нравится дразнить, но это не значит, что я правда хочу сделать то, о чем говорю. Не надо так остро на мои слова реагировать, — ответил Герман.

Он поудобнее устроился на кровати, полностью потеряв ко мне интерес. Я покосилась на него, но Герман продолжал спокойно лежать на кровати.

— Можно спать ложиться?

— Можно, — ответил он.