Чудесная экскурсия

“Шапка – это всё-таки аргумент”, – решила я. Скоро мы вернёмся, и Эрик в лучшем случае махнёт мне рукой издалека, но сейчас неважно, какое оно окажется – потом. Я запомню это мгновение.

– Они не сказали тебе, что произошло, – Эрик нарушил молчание первым, и мне срочно пришлось переставлять поезд романтических мыслей на другие рельсы. Я невнятно промычала в ответ.

Он протянул мне пластиковую бутылку – на донышке плескалось немного воды.

– Нашёл в рюкзаке. Это наша, с Земли.

Я одним глотком залила в себя холодную жидкость.

Горло приятно обожгло обещанием скорой ангины, но в этот момент мне было абсолютно плевать. Жаль, что поесть у него ничего не было с собой, даже маковое зёрнышко пришлось бы кстати.

– У аррохорцев есть детская страшилка. Убежишь от мамы, заиграешься, заколдуешься – придёт злой риш и съест тебя.

– Эта тень?

– Ага. Гончая Аррохора. Не думал, что риш существуют.

– Он пришёл за нами, потому что мы убежали?

Хвост Эрика отбивал какой-то нервный такт по холодному шиферу.

– Он пришёл за тобой.

Выследил с самого появления здесь, привёл к жертвеннику. Ты сорвалась как сумасшедшая, убежала, куда-то свернула, я в последний момент услышал твои шаги в закрывающемся переулке. На его месте просто вырастала глухая стена. Она открылась специально для тебя.

– Ого, вот это сервис, – только и сказала я. Даже удивиться как следует не смогла. Теряю хватку.

Уши Эрика то поднимались, то прижимались к голове. Забавно наблюдать со стороны.

– Я слышал, что говорили хранители. Про людей, которые попадают сюда.

Этот мир отвергает, как Вику, не всех. Некоторых он сам заманивает. Ловит на крючок. Как тебя.

Я подумала, что несмотря на всю нелепость этого заявления, звучало оно логично. Люди пропадали и будут бесследно пропадать без вести. Где гарантия, что они не вошли случайно-неслучайно в другой мир и не сгинули в нём?

– Ты говоришь, как будто он живой. Этот ваш Аррохор, – единственное, что смогла возразить я.

– А он и есть живой, как бы ещё тут была возможна магия? – пожал плечами Эрик, глядя вдаль.

– Но зачем ему люди?

– Он хищник, у него характер кота. Подкрадывается, хватает, играет – потом ест.

– Как – ест? Целиком? – нервный смешок сам сорвался с губ.

Эрик впервые за весь разговор посмотрел на меня.

– Помнишь мою жертву? Горгульи, русалки, статуи, риши, другие создания – это его глаза, руки, зубы. Они вытягивают силу. Из тебя бы просто высосали жизнь, но сперва он исполнил бы все твои самые яркие желания, чтобы было вкуснее.