Пособие для адептки, или как влюбить ледяного дракона

А затем, помедлив, засунула руки под пижаму и наощупь расстегнула крючки корсета. Пальцы тряслись — скорее от злости, чем от страха. Вот и корсет улетел на стул, и я наскоро распустила волосы и расправила по плечам, чтобы прикрыть вырисовывающуюся под пижамой грудь. И, не давая себе времени подумать, быстро развернулась и юркнула под одеяло, сшибив по дороге ту самую табуретку. Ай!

— Красивая пижама, — хмыкнув, похвалил дракон, на которого я демонстративно не смотрела, и щелкнул пальцами. Спальня тут же утонула в темноте.

— Почему сбрендившую? — спросила я, чуть сбитая с толку. Перед глазами плыли круги, и меня накрыл очередной приступ злости оттого, что дракон не выключил свет раньше. Вот обязательно ему надо было рассмотреть мою пижаму! — Между прочим, зеленый — цвет здоровья, а красный привлекает любовь! — не к месту вспомнила я классификацию Глории.

— Ты надеешься найти любовь в моей спальне? — хмыкнув, переспросил дракон. Я в ужасе замотала головой, и он, наконец, вспомнил, зачем мы тут: — Ладно, пора начинать.

От этого почему-то стало вдвойне страшнее, и я панически воскликнула:

— А вы не расскажете мне теорию? Ну, как бродить по снам, зачем, почему…

— Расскажу. Во сне, — согласился магистр Хео. — А сейчас вспомни тот день, когда ты впервые создала магический сон. Что ты через него протащила?

— П-пирожное, — с запинкой отозвалась я. Близость мужчины нервировала, и я еле могла соображать.

— Какое оно было? Сладкое? Вспомни вкус, запах… — отрывисто скомандовал магистр Хео.

— Ну… — я задумалась. — Белое.

— А на вкус? — настаивал мужчина. — Мне нужно, чтобы ты вспомнила все детали.

— Не знаю, — отозвалась я, судорожно натягивая на себя одеяло, потому что мужчина махнул рукой и чуть задел мое бедро. — Его тут же забрала сестра Аурелия.

— Тогда потом, когда тебе его отдали. Или когда ты купила его в другой раз, — в тоне мужчины послышались нетерпеливые нотки.

Мне вдруг стало нестерпимо стыдно признаваться в том, что это был единственный раз, когда пирожное попало мне в руки.

— Откуда у приютской сироты деньги на пирожные, — выдавила я. — Все, что я знаю, это то, что оно было белое, магистр Хео.

На удивление, он не стал больше настаивать и мучать меня расспросами о пирожном. А вместо, немного помолчав, скомандовал:

— Считай до трех.