Отбор без правил

Я очень надеялась, что по пути мы не наткнемся на Бартеха, и мне снова повезло. Затем толпа и вовсе подалась назад, позволив девушкам свободно выстроиться рядом со ступенями, ведущими к трону, на котором уже восседал Райгар Дорн.

Король Атии был одет в черное. Его темноволосую голову венчала корона, украшенная золотыми крыльями – символом огромного Драконьего Королевства, раскинувшегося чуть ли не на половину обитаемого мира. И мы застыли – пятнадцать его невест, удостоенных столь великой чести (не считая меня, так как я здесь оказалась совсем по другому поводу), одна из которых очень скоро займет место на пустующем троне королевы Атии.

Ради этого, подозреваю, многие были готовы биться насмерть.

Впрочем, затягивать с началом никто не собирался, поэтому вперед вышел убеленный сединами седовласый придворный, одетый в белоснежную тогу с золотой каймой. Кашлянул, поднял руку, и в огромном зале моментально установилась гробовая тишина. Послушные его строгому взгляду девушки вытянулись по струнке.

И, милостью всех Богов Атии, тут же объявил о его начале.

Анна, которая успела переодеться в серебряный, но такой же пышный наряд, бросила на меня испуганный взгляд. Она не отходила от меня ни на шаг. Презрительно фыркнула Сирья, одетая во все то же вызывающе-красное платье. Дочь Верховного Жреца стояла рядом с Анной, тогда как по другую руку от меня застыла Шала, черноволосая принцесса Эстара.

Красивая до умопомрачения и перепуганная до ужаса.

Она покачнулась, и мне показалось, что девушка вот-вот упадет, так как едва держится на ногах. Мне захотелось ее успокоить, но не получилось. В повисшей тишине раздался голос короля, и я завороженно повернула голову. Поднявшись на ноги, Райгар Дорн поприветствовал своих невест, прибывших в Атию со всех концов света, и поблагодарил за то, что никто из нас не отказался от его приглашения.

На это мы с Анной переглянулись, и я едва слышно хмыкнула – попробуй тут откажись!..

Король продолжал. Заявил, что благодарен своим невестам за доставленное ему дневными беседами удовольствие. Затем признался, что красота нескольких избранниц и их внутренние качества поразили его до глубины души, и он до сих пор находится под приятным впечатлением.

В этот момент мне эгоистически захотелось, чтобы его слова были обращены именно ко мне.