Когда зайцы были большими

Приятели обнялись, и Джек сварливо пробурчал:

— Кого я вижу! Да это мерзавец Потёрсон, который лизал сразу две федеральные задницы, сначала жирную жопу Эмброузу Бернсайду, а потом тощую Оливеру Ховарду. Скажи, сынок, какая на вкус слаще?

— А ты, Браун, лизал у всех генералов Юга! — рассмеялся Гарри.

Какие у вас трогательные отношения, — брезгливо поморщилась Анна.

— А это что за шлюха? — ткнул в неё толстым пальцем Джек. — В каком борделе ты подцепил эту рыжую давалку?

— Осторожно, Браун, — остановил приятеля Гарри.

— О! Тысяча извинений, мисс! — Джек изобразил на лице раскаяние. — Старина Бенджамин — настоящий человек. Он воевал за конфедератов, а потому достоин всяческого уважения. Прошу вас в мой дом, выпьем бренди и поговорим.

Гарри указал пальцем на пару дюжин негров, смиренно выстроившихся в шеренгу возле дома:

— А мне говорили, что рабство отменили!

— Ты всегда был кретином, — проворчал Браун. — Впрочем, у всех федералов в башке только коровье дерьмо.

Сидя за столом и потягивая бренди, Гарри неторопливо и с подробностями рассказывал о стычке с саблезубыми зайцами.

— Жаль гнедую, — поддакнул Джек, — помню эту резвую лошадку. Что же было дальше?

Дойдя до финала рассказа, Гарри залпом выпил содержимое стакана и сказал:

— Вот и получается, что рассадник плевунов совсем недалеко от твоей крепости. Они лакают какую-то дрянь и превращаются в чудовищ.

— Одно радует — индейцы пропали, — задумчиво протянул Джек. — Раньше краснокожие ублюдки каждый месяц пытались заполучить мой скальп. Хотя, признаться, эти рогатые зайцы будут даже похуже. Но то, что они расправились с дикарями — хорошо. С безмозглыми тварями воевать легче, чем с хитрыми детьми Маниту. А моя ферма им не по зубам. Мы с ребятами вырыли такую яму, которую ни одна скотина, даже прыгучая, не преодолеет.

— Зря надеешься. Если их станет слишком много, то они переберутся через ров. Друг по другу. А их станет. Сам знаешь, как плодятся зайцы.

— Гарри прав! — поддержала его Анна. — Надо истребить это осиное гнездо. Даже если это колдовство.

— Я не капеллан и не экзорцист, — сплюнул Браун. — В колдовство не верю. Ты говоришь, их там целая тьма? А у меня лишь две дюжины чернокожих ребят. Нам не сдюжить. Такой вот каламбур.