Когда зайцы были большими

Только теперь, когда уже можно было, она начала всхлипывать. Две слезинки упали на лицо Гарри, и тот растёр их по грязной щеке, глубока дыша при этом всей своей широкой грудью.

— Пока не знаю! — ответил Гарри. А потом добавил:

— Какой это, оказывается кайф — дышать! Примерно такой же, как когда я вижу красные банты на твоих чулочках — правда, при этом дыхание перехватывает.

— Ах ты мой дорогой! — Анна улыбнулась сквозь слёзы и погладила Гарри по щеке.

Гарри, охая и ахая, начал подниматься. Оказалось, что он по большей части цел — синяки не в счёт, к ним ковбоям не привыкать.

Первым делом он подошёл к своей гнедой. Состояние её было ни к чёрту.

— Прости, подружка! — виноватым голосом сказал Гарри, вытер повлажневшие глаза рукавом и пустил кобыле пулю между глаз.

— Что будем делать? — спросила Анна.

— Надо убираться отсюда поскорее. Не дай бог нас засекут эти твари, на одной лошади нам не уйти. По дороге нельзя, нас видно на десять миль вокруг. Двинем через лес, к ферме Джека.

До леса доехали на кобыле Анны. Потом спешились и пошли напрямик через лес, по какой-то почти невидимой тропке.

— Ничего, до вечера до опушки доберёмся, потом уже по темноте поскачем верхом к Джеку. Там заночуем. Эх, и достанется тебе от дедушки Бенджамина, когда он вернётся! — последние слова Гарри произнёс с явным сочувствием.

Впереди засветлело.

— Неужто опушка? — удивилась Анна.

— Да нет, рано. Поляна, наверно, — предположил Гарри.

И тут каурая, которую вела в поводе Анна, встала, как вкопанная.

— Что за дела? — спросил Гарри.

— Боится чего-то, опасность впереди, — пояснила Анна.

— Да? Ладно, вы тут постойте, я на разведку схожу, — скомандовал Гарри.

Осторожно, стараясь не шуметь, хоронясь за кустами, Гарри дошёл до края поляны, и тут слегка обалдел от представшей перед ним картины.

На поляне было штук двадцать рогачей, они отдыхали в тени, на противоположной стороне. А в центре поляны была какая-то лужа, и из неё пили несколько зайцев — обыкновенных, не саблезубых.

Напившись, зайцы убегали, а на их место из лесной чащи прибегали другие. На рогачей они никак не реагировали, и рогачи их тоже вроде не замечали. Но самое поразительное — пока заяц пил, он увеличивался в размерах. Несильно, но заметно. И Гарри разглядел, что у тех зайцев, которые уходили с водопоя, из пасти торчали маленькие сабельки, похожие на огромные сабли рогачей.

— Матерь божья! — прошептал Гарри.