На просторах судьбы

Жрец погладил зверя по морде, провёл пальцами между ушей и тот, довольно заурчав, перевернулся на спину, подставив солнцу свое пятнистое брюхо. Анкур так и застала их вместе. Проснувшись, она услышала как жрец с кем-то разговаривает и,, поторопившись выйти, застыла с раскрытым ртом.

– Удивлена? – спросил её жрец.

– Он что, шел за нами? – наконец выговорила девушка.

Кот в свою очередь, услышав голос Анкур, задрал голову и посмотрел на неё долгим осмысленным взглядом, однако своего лежачего положения не покинул.

– Как видишь. Перед тобой, кстати, находится очень умное животное. Это Анкур, – сказал жрец, уже обращаясь к зверю. – Я должен довести её до дома, а потом буду свободен. Тебе понятно?

В ответ кот утвердительно мяукнул, показывая этим, что всё прекрасно понял.

– Невероятно! Я никогда не слышала, чтобы хозяин разговаривал со своими животными, и подобным образом. Так можно говорить только с очень близким человеком, – с нескрываемым удивлением произнесла девушка.

– Я ему не хозяин.

– Разве можно иметь другом зверя?

– Разумеется, можно. Такой друг очень надежен, он обладает теми чувствами, которых нет у людей, и свободно видит то, что абсолютно недоступно для их подавляющего большинства. А по своему, если так можно выразиться моральному состоянию животное стоит даже выше, некоторых, не очень достойных представителей человеческого рода, – Жрец немного помолчал, и чуть улыбнувшись, добавил. – Теперь я связан с этим котом, так же как и с тобой, вы оба появились в моей жизни почти одновременно и тебе и ему я немного помог, а значит в будущие тысячелетия, всех нас ждут новые встречи.

– Ты постоянно твердишь, что мы связаны и непременно должны встретиться в будущем! – воскликнула Анкур. – Твоя религия состоит в постоянном возрождении?

– А твоя разве нет?

– Я никогда особенно не задумывалась над этим, – девушка подошла, села рядом со жрецом и машинально погладила кота по морде, – но нечто подобное действительно существует в наших верованиях.

– А я вообще не имею религии! В храме, где я воспитывался, признавали только одного бога – того, у которого нет имени, но который единственно бессмертен, ибо является всем вокруг нас.