Академия Теней. Сокрытая ото всех

Хотя, это оно и было…

Его тело так и не нашли…

***

— Леора, ты должна поесть. — Твёрдо произнесла Амалия, стоя около дверей моей комнаты.

Подругу, которая уже второй день не отходила от меня ни на шаг, я проигнорировала, и, отвернувшись к стене, крепко обняла подушку.

Я была все ещё под впечатлением от прошедшей практики, это было слишком даже для меня. Видимо, даже данное в клане воспитание не смогло уберечь меня от внутренних терзаний, увы. Из меня не получилось крепкого бойца клана.

— Ты уже второй день почти ничего не ешь, а тебе сегодня, кстати, восемнадцать. Сделай подарок хотя бы своему желудку! — ах, День рождения… значит к моим душевным переживаниям прибавится ещё и боль от видений, праздник удался.

— Так, все! С меня хватит, я хочу подмогу! — и вот в ход пошла тяжёлая артиллерия в виде Бада.

Красноволосая вышла из комнаты, оставив дверь приоткрытой, ибо если она хлопнет ей, как этого хочет, то не попадёт обратно.

Через десять минут Амалия вернулась. Как и ожидалось, она приволокла сюда блондинчика и не только…

— Амалия, Бад, — послышался властный голос, — выйдете ненадолго.

Затем кровать рядом со мной прогнулась и послышатся тяжёлый вздох.

— Мне кажется, мы воспитывали тебя стойким бойцом, а не плаксивой девчонкой, — сказала ректор.

Горько усмехнувшись, я повернулась к женщине и села.

— Как видите, у вас это не вышло.

— Ну почему же, — изрекла задумчиво женщина, — эмоции не всегда являются слабостью, иногда они могут обратиться в великую мощь. — Ректор Нерильская бросила на меня хитрый взгляд фиалковых глаз, — И если ты перестанешь сидеть здесь без дела и продолжишь жить, забыв о случившемся, это может произойти и с тобой. — Поправив чёрный пучок волос, женщина встала и уже как по привычке подошла к окну, — Несомненно, о смерти адептов никто не забудет, это оставило отпечаток на каждом, уж поверь мне, но не стоит зацикливаться на этом, жизнь продолжается…

— Это и самое худшее, — перебила я, — наша жизнь бьет ключом, пока невинные подростки гниют в земле.

— А кто сказал, что жизнь должна быть справедливой? — обернулась ректор, — У нее свои планы, и наши желания там особо не учитываются.

Я промолчала.